Белое солнце дознавателей

– Вероятность девять из десяти. Так считает отец, – выдал он тихо.

– Менталисты, та же самая звезда, которая останавливалась у нас – их тоже отправляют на Юг.

– Магистр Аю с Юга, – выдохнул Кантор тихо. Я и не сомневалась, что он поймет.

Слово “ритуал” – не прозвучало, в этом не было необходимости – мы поняли друг друга. Повторения не хотелось никому из нас. Никто не любит чувствовать себя беспомощным.

***Геб обтачивал очередную заготовку. Молча. Так, что было понятно, что вопросы задавать нельзя – напряжение искрило в воздухе, вспыхивая дугами силы.

Держала светляк, разворачивая по кругу, чтобы было лучше видно, заглядывала через плечо, вставая на цыпочки, и бдила, прикладывая палец к губам, когда кто-то из слуг заглядывал к нам в Мастерскую.

Только после того, как Гебион закончил, протер руки от смазки, убрал в чехол артефактные очки, и выпил залпом две пиалы остывшего чая, я – прокашлялась.

– Вот, – Лидс тоскливо кивнул на свиток, который сиротливо лежал на самом краешке стола.

Я аккуратно дернула за шелковый шнурок, как будто это была одна из ядовитых змей, которыми летом кишат предгорья Лирнейских, развернула на два пальца, сочувственно цокнула и положила свиток обратно. “Основные правила поведения юных сиров в Высшем обществе” – один из самых скучных трактатов в нашей библиотеке.

– Сколько раз нужно переписать?

– Двести, – Геб уныло повесил нос. – Чтобы запомнил наизусть, – процитировал он дядю.

– Фей повезло меньше, – немного подсластила я пилюлю.

Гебион застонал и несколько раз побился головой о стол.

– Напомни мне, почему я хотел сделать татуировку?

***В библиотеке было светлее, чем днем. Луций не пожалел силы. Талмуды, свитки и документы занимали почти всё свободное пространство двух столов, которые сдвинули в один.

Я листала “Правила и особенности этикета Южных имперских провинций”, чтобы чем-то занять руки.

Фей-Фей бодро водила кисточкой по свитку – выписывая основные пункты, Геб положил внутрь рисунок схемы артефакторного резонатора и изучал увлеченно.

Я… листала правила. Потому что за моей спиной недвижимой скалой застыл Наставник. Его неодобрение я ощущала кожей – шея покрывалась прохладными мурашками.

– Как будто мы собрались разрушить Южный Предел, – прошептала я ворчливо.