Белое солнце дознавателей

Разделяя властвуй. Украшения, эликсиры, мази для красоты, лучшие ткани, комнаты с видом на сад, самые волшебные музыкальные инструменты, чтобы услаждать слух – все это получали обласканные и те, кто был нужен. А ласка и любовь господина – одна из самых непостоянных вещей под этим небом.

Забытые, ущербные, бесполезные – занимали самые простые комнаты и обходились малым. Выживали, пытаясь стать полезными тем, кому улыбнулись судьба и боги.

Власть зиждется на праве сильного.

Только один человек решал всё. Только она. Рейна.

...мелкая...

...белая...

...как... снег...

Последнее слово я не разобрала, наблюдая как быстро тонкие смуглые пальцы меняют ритм – гаремный язык был сложнее базового жестового. Военные удивились бы, узнав, как сильно они уступают в интеллекте гаремным птичкам.

Служанки – а я определила их статус именно так, судя по простым верхним кади из однотонной простой голубой ткани, закрывающей головы – только хитрые темные глаза блестели откровенным интересом, который они не смогли скрыть.

Служанки были молчаливы, почтительны и услужливы, предугадывая каждое мое движение, пока вели меня по коридорам, но при этом умудрялись общаться.

...низкая...

.

...доска..."

"Последний жест был выражен с откровенной насмешкой, и я несколько раз взглядом скользнула по лицу – родинка прямо у брови, и чуть неправильный профиль – чтобы запомнить дерзкую девочку.

Коридоры утопали в коврах и кричащей роскоши – все артефакты света включили на максимум, видимо чтобы золото, камни, и дорогая мебель мореного дерева сразу бросалась в глаза. Марша оценила бы великолепие дурного вкуса.

На полукруглых окнах, украшенных сложной лепниной с южными мотивами, висели мирийские шторы – ткань я видела в лавках, и помнила, сколько империалов стоит один отрез.

...дорого...

...серьги...

...красиво...