Белочка во сне и наяву

Как только человек попадает к нам, мы у него спрашиваем: «Есть мечта о профессии?» Анюта сразу ответила: «Да. Хочу стать стилистом». И мы пристроили ее в салон, правда пока уборщицей. Но, собственно, все ученики стартуют с малопрестижной должности, мастерами делаются не сразу. Кроме того, Кузнецова за наш счет обучалась в колледже, где готовят парикмахеров. Остальным было все равно, кем быть, поэтому они работают на производстве при дизайн-бюро. Надя и Кира шьют занавески, мужчины изготавливают мебель и прочие предметы интерьера.

Я решила остановить благотворительницу, которая явно смотрела на участников проекта сквозь розовые очки.

– Хорошо, будем считать, что обитатели общежития ни при чем. А сотрудники? Вы кого-то увольняли со скандалом?

Вадим, глядя на мать, обронил:

– Валентина…

Я моментально встрепенулась.

– Кто она такая?

Нина Феликсовна сделала несколько жадных глотков прямо из бутылки.

– Ратмина Валя работала у нас до Ларисы. Хорошая, покладистая, положительная сотрудница, но мне пришлось ее уволить.

– Почему? – удивилась я.

– Да… так, – загадочно ответила Зуева.

– Вы же не хотите, чтобы в доме Доброй Надежды произошла еще одна трагедия? – воскликнула я. – Вдруг Ратмина затаила злобу на хозяйку, выставившую ее вон?

– Вполне возможно, – встал на мою сторону Вадим.

– Нет, нет! – горячо возразила Нина Феликсовна. – Валя очень расстроилась, просила найти ей новое место, одолжить денег на жизнь. Я в конце концов пристроила ее к одной из своих бывших клиенток, та директор школы. Валечка преподает домоводство, она прекрасный человек.

– Не пойму, зачем вы уволили хорошую сотрудницу? От добра добра не ищут, – усиленно нажимала я на болевую точку.

Зуева нехотя призналась:

– Меня очень попросили взять на ее место Ларису.

– Ничего не понимаю! – воскликнула я. – Малкина жена богатого человека, зачем ей занимать хлопотную должность управляющей, получать небольшую зарплату…

– У Лары оклад четыреста тысяч, – перебила меня Нина Феликсовна.

– Сколько? – ахнула я. – Ну и ну!

– Мама, расскажи правду, – потребовал Вадим.

– Вениамин Константинович убедительно просил меня держать язык за зубами, – возразила Зуева.