Бастард Императора. Том 10

— Как успехи в создании графства? — поинтересовался он, отпивая чай.

— Остались последние штрихи, — ответил я, тоже отпивая из чашки. Совершенно не удивлён, что он об этом знает. — Хороший чай, не подскажете, где заказываете?

— Это особый сорт, выращивается только в Австралии. Говорят даже, что в каком-то из разломов. Выращивают его не так много и быстро распродают, но я могу дать вам визитку поставщика, или скинуть данные вашему секретарю на почту.

— Пожалуй, на почту, — кивнул я и взял печенье, которое оказалось действительно вкусным.

— Нравится? — улыбнулся Владимир Сергеевич. — Это моя жена приготовила. Кстати, слышал, что вы тоже умеете готовить. Это правда?

— Да, — улыбнулся и я. — Немного и, как человек умеющий это делать, не могу не признать, что печенье невероятно вкусное. Пожалуй, будет неплохо, если вы ещё и рецептик для меня попросите.

Отец Яны засмеялся, а потом ответил:

— Хорошо. Если хотите, можете обменяться с ней опытом. Яна рассказывала, что вы прекрасно готовите, а жена как раз недавно жаловалась мне, что у неё не получается какой-то рецепт.

— С удовольствием, — улыбнулся я."

"Все эти разговоры о семье и помощи неспроста и несут определённые смыслы. Главное просто уметь слушать и слышать. Сейчас мужчина явно говорит о том, что они готовы быть ближе, чем просто знакомые. Да и прошлые его слова, переданные через его человека, о том, что я друг их Рода, говорят о том же.

Мы ещё какое-то время поболтали о том и о сём, и всё это время я чувствовал, как энергия Яны наверху постоянно мельтешит по комнате.

Владимир Сергеевич замолчал и посмотрел в окно.

— Сергей… Яна… — вздохнув, он всё же не решился признаться, а наверняка хотел сделать это. Вместо этого, какое-то время помолчав, продолжил: — Сегодня я ездил к императору.

Вот как. Значит император соврал, что не будет вмешиваться? Или же это сам Владимир Сергеевич решил проявить инициативу?

Я промолчал, давая ему возможность продолжить.

— Наш разговор был о Яне, тебе, о принце и ситуации вокруг вас, — мужчина выжидательно посмотрел на меня, но я продолжал сохранять невозмутимость, слушая его.