Барышня с подвохом или любовь дело тонкое (СИ)

Подпрыгнувшая от неожиданности, девушка лишь в последний момент зажала рукой рот, чтобы не завизжать и обернулась.

Сволочь Тимоха сидел на перилах балкончика и с упоением вылизывал лапку, то выпуская, то пряча внушительные для такого мелкого тельца когти.

— Что? Вижу, что без меня не справишься, вот и решил помочь, — невозмутимо оттранслировал он мысль, не прекращая важного занятия.

Надежда чертыхнулась злобно.

— Чтоб тебе икалось три часа подряд, да без остановки, — зашипела она, все еще не отойдя от шока.

Тимоша, фыркнул как самый настоящий кот, хоть и в перьях и прислушался ненадолго.

— Тебе нужно последнее окно на третьем этаже, — сказал он минуту спустя, — поторопись, а то кажется, там непоправимое сейчас произойдет.

Очень хотевшая узнать, чего конкретно ожидать, девушка бросила острый взгляд на невозмутимого питомца, но сдержалась. Примерив, расстояние она немедленно скользнула в тень.

К ее разочарованию, дверь балкона оказалась заперта изнутри, а вот узкое окно приоткрыто полностью.

Прижавшись к наружной стене, девушка вслушивалась в противный голос уже находившегося здесь Никиты.

— … ты понял меня? Запомни, Алексашка не должен очнуться, и не думай ему зелье для придания сил и зачатия дать, не то ты мигом займешь место вместе с ним.

В ответ, что-то унижено забормотали, но видно в другом конце покоев и слов девушка не разобрала. Зато, отчетливо услышала хлопнувшую дверь и размеренные, неторопливые шаги в ее сторону.

Испугаться она не успела, поскольку те быстро сместились в сторону, а оставшийся в покоях Никита засмеялся тихо.

— Вот видишь, братец, как бывает, — проговорил он несколько надрывным, словно безумным голосом, — совсем недавно ты был жив, здоров и даже перспективен как единственный будущий наследник целой Империи, а теперь лежишь тут почти дохлый.

Шаги снова переместились немного, и смех стал более истеричным.

— Не надейся, что твой ублюдок будет править в МОЕЙ Империи, — зашипел парень минуту спустя, — я докторишке дал указания, чтобы ты сдох, как только из лечебного сна вытащат.

Никита еще что-то бормотал, то почти шёпотом, то выкрикивая угрозы истерические, отчего у Надежды закралась мысль, что тот не здоров психически, но наконец, и он оставил покои.