Бархатистые прикосновения

Карен издала боевой клич и ударила его ногой. Синклер поставил блок. Не прошел ни ее боковой удар кулаком, ни резкий шлепок наотмашь кистью левой руки. Синклер легко уклонялся от них либо закрывался руками. Сообразив, что она столкнулась с мастером, Карен отступила и уважительно поклонилась сопернику, как это принято на Востоке.

– Я недооценила тебя! Вот уж не предполагала, что ты владеешь приемами рукопашного боя.

– Я давно не тренировался"" - сказал Синклер, ответив ей поклоном на поклон. - Буду рад встретиться с тобой в спортивном зале.

Скажи честно, ты всегда контролируешь свои эмоции?

– Да, - неохотно ответила Карен, вспомнив своего тренера по карате и долгие свидания с ним в его спальне после тренировок. - А почему ты спрашиваешь?

В полумраке за спиной Синклера ей почудилось лицо Кана, и стенки ее влагалища сжались.

– Тебе никогда не хотелось довериться кому-то и полностью расслабиться? - голосом опытного соблазнителя спросил он.

Карен почувствовала, как в ней пробуждается желание отдаться кому-нибудь без остатка, позволить делать с собой все, что ему вздумается.

Но поступить так означало предать свои принципы, поступиться независимостью и самостоятельностью. И хотя влагалище настаивало на утвердительном ответе, рассудок взял верх над эмоциями, и она холодно ответила:

– Бойцы так не поступают. Они всегда сохраняют хладнокровие.

Синклер хохотнул и, запустив руку ей в волосы, привлек ее к себе. Она уткнулась лицом в его грудь и почувствовала аромат одеколона ""Джаз"" и гладкую ткань смокинга.

Силы покидали ее, конвульсирующее влагалище требовало мужского естества, клитор негодовал, решительно настаивая на безотлагательном внимании к нему.

– Доверься мне, дорогая, и расслабься, - прошептал Синклер, поглаживая ее по спине.

– Я не сделаю ничего против твоей воли.

С этими словами он подхватил Карей и понес ее к кровати, не обращая внимания на ее слабые протесты. Уложив ее на спину, он поднес палец к ее губам и приказал:

– Лежи смирно и делай все так, как я скажу!

Он провел пальцем по ее губам, и она не выдержала и лизнула его.

Синклер перевернул ее на живот, расстегнул пуговицы корсета и раздел ее до пояса. Потом он вновь положил ее на спину и, полюбовавшись грудью, наклонился и стал дышать на соски. Карен выгнулась, норовя всунуть сосок ему в рот, но он нахмурился и покачал головой. Она разочарованно мяукнула, поводя от нетерпения бедрами.