Бархатистые прикосновения

Армина тоже куда-то запропастилась, скорее всего она развлекалась на конюшне с Тейтом. Молчание затягивалось, и Карен вынуждена была ответить.

– Вам не нужно извиняться, сэр! - возразила она. - Я выполняю здесь работу, и не более того - Вы сказали, что полюбили эту усадьбу, и я разволновался в связи с этим, мисс Хейуорд, - признался маркиз, закрывая ей своим телом путь к отступлению. - Мне показалось, что вы говорите искренне. Я не ошибся?

Стройный, мускулистый, непринужденный, он притягивал к себе Карен, особенно определенными частями своего тела.

– Нет, так оно и есть. Трусики у нее увлажнились.

– Вот видите, а я не был с вами чуток и отзывчив во время нашей встречи в кабинете Поэтому предлагаю вам свою дружбу - Маркиз улыбнулся и протянул ей руку. - Ну, что же вы молчите?

Что могла она ему ответить? Что могла бы ответить на ее месте любая женщина, не утратившая способность чувствовать? От прикосновения его ладони Карен ударило током. Рука у маркиза была сильная, натренированная во время верховых прогулок, соколиной охоты и музицирования, не говоря уже об утехах с Арминой и Целин.

– Меня поразила история этой усадьбы! А библиотека просто потрясла. Мы с Тони сделали все, что в наших силах, чтобы вам не стыдно было показать ее мистеру Дуайеру, - выпалила она.

– Тони обещал встретить его на станции. Полагаю, он приедет туда на ""роллс-ройсе"". Американцы обожают этот автомобиль, символизирующий блеск английской аристократии. Ирвин и сам не прочь купить себе дворянский титул. - Мэллори насмешливо улыбнулся.

Карен отметила, что его юмор мягче, чем злой сарказм Синклера. Очевидно, они по-разному воспринимали окружающий мир. С Мэллори легче было найти общий язык и поддерживать беседу, Синклер же подавлял собеседника своей индивидуальностью.

– А титулы тоже продаются? - спросила она, желая как-то поддержать разговор. Ей стоило, однако, больших усилий, чтобы сдержаться и не запустить руку маркизу под сорочку, не пощупать его волосатую грудь.

– Насколько мне известно, такое случается, - ответил он. - К сожалению, старинные дворянские семьи вынуждены продавать иностранцам и свои земли, и титулы: в наше время становится все труднее содержать в порядке родовые поместья.