Банда в законе

 – А во-вторых, есть новости… Не слишком приятные – похитители сделали совсем уж странный ход!

Глава 31

Трофимов с отсутствующим видом сидел на балконе, разглядывая медленно темнеющие верхушки деревьев. Его вид удивил Стаса: казалось, за те несколько часов, что прошли с момента последней встречи, бизнесмен умудрился постареть лет на десять. Плечи опущены, сутулится, в волосах будто бы больше седины… В опущенной руке безвольно висит пузатый, наполовину пустой бокал с коричневой жидкостью: из него тонкой струйкой на белый каменный пол стекает жидкость – Трофимов не обращал на это внимания.

– Еще раз приветствую. – Хабаров устроился в мягком шезлонге. – Вова сказал, есть новости…

Хозяин дома непонимающе посмотрел на гостя, только сейчас заметив его присутствие.

– Приехал… – он едва заметно махнул рукой. – Да, новости… Вова тебе все рассказал?

– Вообще ничего – решил, видимо, что сами расскажете.

Трофимов покусал нижнюю губу.

– Короче, Света ездила на почту – там посылка пришла, заказная, – и привезла ее домой.

– И что? – осторожно прервал затянувшееся молчание Хабаров. – Что за посылка?

– Палец.

– Что?! Какой палец?

– Ольгин, – бизнесмен сморщился, как от резкой боли. – С кольцом материным: она его никогда не снимала. Копеечное, по сути, но я бы не перепутал – одного камня не хватает.

– Но… зачем? – Стас, как и любой другой на его месте, думал не о деле – о том, что было бы с ним, получи он такую «посылку». – Зачем уродовать ребенка?

– Записка там, на столе… – Трофимов вяло махнул в сторону комнаты.

"«Это тебе, Трофимов, подарочек! Чтобы ты не расслаблялся и искал деньги активнее. Смотри – не соберешь, пришлем ее красивенькую башку! (». Почему-то особенно страшно выглядел смайлик, аккуратно пририсованный в конце строчек.

– Беспредел! – Хабаров не находил места. – Что творят? Кто так делает?

– Не знаю… – Апатия Трофимова казалась странной. – Твари! Суки! Животные!

Последние слова он уже орал, пиная ногами стол. Полетел с балкона шезлонг, потом второй… Не находя выхода ярости, бизнесмен начал с силой бить кулаками стену: после третьего удара посыпалась красная от крови штукатурка, выглянула за известью уродливая кирпичная кладка.

Через несколько минут Трофимов – сгорев, тяжело дыша, – успокоился. Потухшими глазами он обвел балкон, на котором ничего не осталось, поманил Стаса в комнату.