Грешник

- Глеб растер затылок, еще раз осматривая халупу. Вообще, по большому счету - толкни ее кто посильней - упадет ведь. Но, если Наташа хочет...

- Нет-нет. Это бессмысленно. Там и перекрытия прогнили, и стены... нам когда еще говорили. Даже печь топить опасно, мы потому здесь и не жили с Кириллом.

- Ладно... А если его бульдозером, а потом заново точно такой же? - Громов очертил пальцем круг и прикусил изнутри щеку.

- Что заново? Дом построить? Да вы что! Это такие деньги...

- Ну, а в целом? Как тебе сама идея? Или нужно непременно эти стены оставить? Это вообще принципиально? Нет?

- Это невообразимо, - рассмеялась Наташа впервые за целый день.

- Новый дом. Скажете тоже...

- Нет, ты все же скажи! А то построю, а тебе не понравится. Скажешь, старый хочу.

- Если новый один в один? - прищурилась девушка.

- Ага... Расположение комнат, окон... правда, я бы побольше делал. Вдруг у тебя будет много детей?

Наташа удивленно открыла рот и несколько секунд на него просто смотрела. А потом согнулась пополам и захохотала так сильно, что он всерьез за неё испугался.

- Нет. Это вряд ли. Кирилл-то вообще детей не хотел.

- Кирилл не единственный мужчина на планете, - фыркнул Громов и, стащив через голову трикотажную толстовку, склонился над поваленной ветром огромной веткой ореха. Смех Наташи стих так же внезапно, как и зазвучал. Она растерла бедра, наблюдая за ним во все глаза. Бестолково качнулась. Глеб оглянулся через плечо. И несколько секунд они просто сплетались взглядами.

-Топор есть? И пила...

Наташа моргнула.

Облизала пересохшие губы:

-Что?

- Здесь много веток. Пойдут на дрова, если распилить получится. Так что? У вас есть инструмент? Или пойти по соседям поспрашивать?

Невольно рука девушки скользнула вверх по телу, ладонь обхватила горло, в котором бесновался пульс.

- Где-то был. Я посмотрю... в сарае.

Глава 16

Два месяца спустя."

"Глеб вошел в хлипкую калитку и осторожно прикрыл ту за собой. В разгар лета рабочие трудились до победного, в две смены, чтобы дело двигалось как можно быстрей.

Когда позволяло время, Громов снимал костюм и присоединялся к ним - помахать молотком. И несмотря на то, что сил у него на это практически не оставалось - работа отнимала их все, ему было жизненно необходимо знать, что он приложил руку к строительству этого дома. В работе он находил спасение. Он так сильно себя изматывал, что засыпал, едва коснувшись подушки. Но даже этот проверенный способ работал далеко не всегда. И чем дальше - тем сложней становилось.