Грешник

Он уже хотел отцепить от себя зарвавшуюся девчонку, когда та затараторила, шмыгая носом:

- Лику убили.

Глеб замер. Нерешительно поднял ладонь и похлопал девочку по плечу.

- Ну, а ты чего расстроилась? Она тебе кто?

- Это я виновата, да? - бормотала она, цепляясь за его футболку тонкими пальцами с обкусанными под корень ногтями.

- Что? Большего бреда я от тебя не слышал!

- Говорят, что авария. Не справилась с управлением... Но это ведь никакая не авария, да?! Это ведь все Джамирев подстроил? Он так ее решил наказать? - у Карины начиналась истерика.

Она впилась пальцами в его спину и вплавилась телом в тело. Громов пошевелился, отстраняясь, поднял взгляд и наткнулся... на пристальный взгляд Наташи. Холодок пошел по спине. И хрен его знает, отчего. Она всегда смотрела так, будто взглядом придавливала, но в этот раз было в нем что-то еще. Что-то, еще более странное.

- Так! Успокойся. Иди в кухню, расскажешь все по порядку. И не выдумывай ничего. Скажешь тоже... - скомандовал Глеб своей неожиданной гостье.

Каким-то чудом Карине удалось взять себя в руки. Она была сильной девочкой. Недолюбленной, капризной, в чем-то совершенно невыносимой, но сильной. И несмотря ни на что - порядочной. Девочка отстранилась и уже было послушно повернулась в сторону комнаты, как увидела Наташу.

- Я при этой... ничего говорить не буду! - вскинулась тут же. - Это она во всем виновата! Она!

- Не говори. Я тебя не приглашал, - пожал плечами Громов, настежь распахивая входную дверь.

Топчущиеся на лестничной клетке парни даже бровью не повели. Как будто это было в порядке вещей. Профессионалы.

- Не надо, Глеб Николаевич! Я... я к себе пойду.

- Наташа...

- Я к себе пойду!

И ушла. А он психанул. И знал же, что нет смысла на Каримову обижаться. Ну, ведь дурочка малолетняя. Да и не в курсе та их ситуации. А ведь все равно хотелось встряхнуть ее так, чтоб аж зубы клацнули. Какого хрена она вообще себе позволяет?

- В кухню иди, - рявкнул все же, с грохотом захлопывая дверь.

Карина не испугалась. Демонстративно стащила туфли и, вздернув нос, пошлепала, куда было велено. Зараза. И куда только слезы делись?

- Ну, так ты успокоилась?

- Успокоишься тут! Я, может, в смерти человека виновата!

- Не улавливаю твоей логики.

- Ага. Как же... не улавливаешь! Я тебе рассказываю о том, что это она Рафика... того. А спустя несколько дней Лика погибает. Это Джамирев, да? - в шоколадных глазах Карины снова блеснули слезы.