Грешник

Я озвучкой занимаюсь. Ну... иногда меня приглашают озвучивать рекламу на телевидении, или какое-нибудь кино... Это моя работа, понимаете?

- Понимаю, - заверил Громов, отчего-то замешкавшись, - да только какая работа, Наташ? Тебе отдыхать надо.

Наташа кивнула. Задумалась ненадолго, потому что от нее опять ускользало что-то важное...

- Ой! - вспомнила вдруг. - А как же мне отдыхать? А если Кириллу лекарства дорогие понадобятся или операция? Ведь деньги нужны...

- Об это не беспокойся, - отрезал Глеб Николаевич, сжав губы в тонкую линию, как если бы она сказала что-то неприятное или чем-то его обидела.

Животом прошла серия спазмов, что заставило Наташу отвлечься от разговора. Она подняла трясущуюся ладонь и, накрыв низ живота, свернулась в комочек. Кирилл не хотел ребенка... Наташа знала об этом. Может быть, она оставалась немного замкнутой, но дурой уж точно не была. Может быть, это знак?

-Тебе стало хуже? Боль усилилась? - сквозь вязкое варево страхов донесся охрипший голос.

- Нет... Нет. Я просто подумала, что... может быть, мне не суждено иметь и мужа, и ребенка? Что, если... выкидыш - моя плата за жизнь Кирилла?

- Большего бреда я в жизни не слышал! - взорвался Громов. И, возможно, если бы это был кто-то другой, Наташа испугалась бы подобной вспышки. Но это был он. Тот, рядом с кем ей было спокойно. - Ты мне это брось, Наталья! Чтобы я такого больше не слышал. При чем здесь одно к другому?

- Я просто боюсь.

- Захочет! - отрезал Громов. - Прекращай терзаться. И... спать уже ложись, а? Поздно ведь.

- А вы уйдете? - отчего-то забеспокоилась девушка. Глеб Николаевич замер. Посмотрел как-то так... странно. Наташа никогда не видела, чтобы так обычные люди смотрели. Наверное, она опять что-то не то сказала.

- Да нет. Побуду с тобой.

- Ага, - согласилась Наташа, как будто это было нормально. Впрочем, откуда ей было знать, что нормально, а что нет... Она и не задумывалась об этом. Просто улеглась на подушку и закрыла глаза, наслаждаясь покоем, который от него исходил.

Глава 5

В палате было темно. Только желтый свет уличного фонаря проникал сквозь прорези жалюзи и ложился на пол тонкими чуть колеблющимися пластинами. Можно было, наверное, уходить. Даже нужно...