Банда Кольки-куна

Роспуск думы знаменовал и конец Трепова как диктатора. Тот оставался самым влиятельным человеком в державе. И как мог, противился разгону, опасаясь революции. Когда все обошлось без эксцессов, что и предрекали Горемыкин со Столыпиным, царь перестал слушать своего недавнего главного советника. Падение визиря началось с того, что он прекратил контрассигновать[80] царские резолюции на докладах министров. Столыпин, сделавшись премьером, уговорил Николая вернуть это право самим министрам. Вскоре государь уплыл отдыхать с семьей в шхеры, а Трепова с собой не взял… Тот все понял, пал духом, начал чахнуть, а там и умер.

Новым фаворитом царя стал Влади Орлов, еще более недалекий, чем его предшественник.

Роспуск думы и назначение на первую роль смелого и деятельного человека сами по себе еще не успокоили страну. Левый террор только усилился. 18 июля вспыхнуло вооруженное восстание в Свеаборге. 20 июля — бунт в Ревеле на крейсере «Память Азова» и повторное восстание в Кронштадте, волнения в Седлице и Царицыне.

На даче Победоносцева в Сергиевской пустыни под письменным столом нашли «вполне снаряженную» бомбу. От рук боевиков погибли командир Черноморского флота Чухнин, самарский губернатор Блок, временный варшавский генерал-губернатор Вонлярлярский, его помощник по полицейской части Маркграфский и еще сотни людей. Администраторы по-прежнему пребывали в вечном страхе. Дошло до того, что новый градоначальник Петербурга фон дер Лауниц появлялся на людях лишь в панцире![81]"

"Но этого революционерам показалось мало.

12 августа 1906 года произошло из рук вон выходящее преступление. Три эсера-максималиста взорвали дачу министра внутренних дел на Аптекарском острове. Был приемный день, и на даче собралось много людей, записавшихся на прием. Взрывы привели к большому числу жертв. На месте погибли двадцать семь человек, включая террористов, тридцать три получили тяжелые ранения. Дочь Столыпина Наталью взрывной волной выбросило из комнаты на набережную. Она угодила прямо под ноги лошадей, запряженных в ландо бомбистов. Раненые испуганные лошади бесились и затоптали бы девочку насмерть, если бы, на ее счастье, сверху не упала еще и доска. Доска прикрыла ребенка, но Наталья все равно получила тяжкие увечья. Обе ноги у нее оказались раздроблены, врачи считали ампутацию неизбежной[82]. Трехлетнего сына премьер-министра Аркадия погребло под развалинами, обезумевший отец едва нашел его.