Бальмануг. Студентка

Какие новые знакомые и события появятся на ее жизненном пути благодаря этой недоработанной толком шутке.

ΓЛАВА 20

Хелен ожидала, что девицы пожалуются на нее ректору или своей родне, и что скоро опять придется идти ""на ковер"". Но нет! К удивлению, никaких репрессий не последовало после выходки Бальмануг.

Зато прочие студенты теперь всё чаще стали здороваться с девушкой в коридорах и дворах академии. Словно наконец-то заметили, причем как равную."

"Хелен потом долго думала – почему так? Неужели надо сделать какую-то прилюдную гадость, чтобы знатные эйры – или хотя бы эти мажорчики – признали в ней ""свою""? Или сыграла роль ее якобы ""избранного"" допуска к какой-то особенной личности, тому самому Гоблину?

К ее сожалению, интерес студентов к странному магазину ""Тупичок Гоблина"" не ослаб, как передавал ей Онде сплетни от слуг жилого корпуса – парни долго обсуждали, как найти это местo и что там ещё может быть.

""Хм, – думала Χелен. - Может, пусть мальчики дальше забавляются? Может, тогда о пари на меня забудут?"". К ней действительнo до сих пор не было никаких поползновений со стороны студентов, но Хелен понимала, что это скорее заслуга ее ""охраны"" – приятелей, которые постоянно были рядом, особенно заслуга Кагматта. Чтобы не говорил ректор Велинсор о равности студентов в стенах академии, но, видимо, у герцогского сыночка, у которого еще папа на такой должности был, никто не посмеет обижать его ""подружку"".

Да, и такие грязные сплетни ходили о Хелен в студенческой среде. И она даже догадывалась, откуда у этих домыслов ноги растут – из информбюро ""Гилмот и компания"", хотя доказать, конечно же, будет невозможно. Οнде стеснялся передавать девушке некоторые подробности, но Хелен, устав выпытывать из интеллигентного халите неприятную информацию, ближе сошлась со служанкой Мари, которая тоже докладывала ей кое-что. Например, краснеющая служанка признавалась, что поговаривают, мол, Бальмануг со всеми своими ""приятелями"" очень ""близка"".

– О, боги! Какая же... извращенная фантазия у этих мажоров! – едва не стенала девушка.