Ария

– Ария Торуса, вашего жениха, – герра Вилара выглядела удивленной, но не больше, чем я. – Вы не знали? Он не говорил вам?

– Нет, – я нахмурилась.

– Ой, – теперь и женщина растерялась, – наверное, это был секрет. А я разболтала.

– Так-так, – я впилась в герру Вилару испытующим взглядом, – ну-ка, рассказывайте.

Она замялась, пряча руки в складках платья.

– Помните, несколько месяцев назад, в королевском вестнике разместили объявление о том, что все желающие могут пожертвовать средства на строительство интерната? Основную часть дали вы с королем, но были еще инвесторы.

Например, арий Хорн. Он инкогнито перевел деньги. Очень большую сумму.

– И почему вы решили, что это именно арий Торус?

– Так у меня муж работает в адвокатском доме «Котар и сыновья», они занимаются финансовыми делами всех богатейших ариев, – герра Вилара умоляюще сцепила руки. – Пожалуйста, не выдавайте меня. Я думала, что вы знаете, иначе бы никогда не раскрыла тайну. Моего мужа могут уволить за это.

Он по секрету мне рассказал. Я как раз занималась интернатом и к слову пришлось.

– И как основательно богат мой жених? – холодно поинтересовалась я, не обращая внимания на страх в глазах герры Вилары. Она выглядела так, что вот-вот заплачет.

– Очень богат, – дрожащим голосом произнесла она, – ария Кассандра Фарх передала сыну управление всеми ее имениями, у него четыре дома в Шалире, гостиницы, ресторации… – она сглотнула. – Вам нужен весь список?

– Нет, – я резко встала, отложив в сторону бумаги, – достаточно и этого.

Велите подготовить экипаж, я выезжаю в Каранос, – и уже у двери: – Не переживайте так, я никому не расскажу.

Меня переполняла злость. Переодевшись, взяв подготовленные геррой Виларой документы и проконтролировав загруженные в другую карету подарки, я уселась в личный экипаж и приказала трогать. Мысли, обуревавшие меня, были мрачные. Значит, обманул. Опять. Никакой он не бедняк. Могла бы и догадаться. Особенно после того, как Велир прислал поздравительное письмо.

Он радовался, гордился, что его сын женится на мне. Да и мать Тора была из Фархов, она бы точно не оставила сыночка без наследства.

Сейчас стали понятными и его нежелание ужинать в центральных ресторациях, гулять в дворцовом парке, и его нежелание общаться со знакомыми. Как только мы кого-то встречали, будь то друзья, бывшие учащиеся школы или коллеги, он быстро сворачивал разговор, буквально прогоняя их прочь.