АПП, или Место для чуда!

Еще несколько минут друзья потратили на размещение фирменного знака отличия Института пророчеств и предсказаний на одежде. Удивительно, но фибула, скорее действующая как липучка, а не булавка, действительно не кололась и не мешала. Она словно бы присутствовала лишь видимым контуром, а не всей физической массой и формой.

Почему так, Янка спрашивать не стала. В ответ ей могли бросить пару многозначительных слов «магия Игиды» или, что хуже, прочесть лекцию о философской концепции символа ИПП.

Этот денек и без лекций о могуществе Игидрейгсиль выдался насыщенным! Пошла, называется, за заколками! С каким-то подозрительным мафиози на улице столкнулась, с бабушкой жениха отобедала, помогла исполниться пророчеству, а на закуску узнала о собственной судьбе и судьбах друзей.

Никогда Яна не любила гаданий и не ждала от них добра, однако видения Зерцала черных вод принесли ей не тревогу, а совершеннейшее умиротворение и довольство судьбой, жизнью и своим местом в мире.

Теперь девушка как-то особенно ясно поняла, что не только имеет шанс, просто обязана быть счастливой, и все у команды в целом и каждого из ее членов будет хорошо. А воспоминание из будущего — хохочущий на качелях Лис и двое озорных ребятишек — наполняло душу тихой радостью."

"— О чем думаешь? — шепнул на ухо невесте дракончик, когда они вышли через главные ворота из главного корпуса Института пророчеств и предсказаний на улицу Дрейгальта.

— О тебе, — столь же тихо ответила Яна.

— Это правильно, обо мне надо думать, я замечательный, — заулыбался Лис и чмокнул невесту в щеку.

— Ты самый лучший… для меня, — улыбнулась девушка и нежно погладила Машьелиса по щеке. Тот, ловя ласку, потерся о ладонь, как большой кот, и ответил:

— А ты для меня, Ян, и если что не так, сразу говори, ты же знаешь, да и Хаг постоянно, твердит: я балбес.

— Не важно, пусть. Все равно ты мой балбес, — отмахнулась землянка.

— Твой, — довольно согласился дракончик и зажмурил потемневшие до синевы от переполнявших его чувств глаза.

Замерло, а потом сильно-сильно забилось сердце Янки, в этот миг осознавшей, что никакие иные, даже самые синие-пресиние глаза больше не заставят ее плавиться в неясном томлении.