АПП, или Место для чуда!

— Да ну тебя, — нахмурилась Донская и выдвинула встречное предложение: — Давай лучше ты одну споешь, я другую песню, и на семинаре попросим у Быстрого Ветра объяснения. А то и не знаю, какую в сборник записывать.

— А давай, так тоже интересно, — мгновенно согласился дракончик, предвкушая развлечение. — Сможет растолковать мастер, что к чему — отлично, нет — вообще здорово выйдет!

Не то чтобы созерцание севшего в калошу преподавателя доставляло Машьелису удовольствие, но озадачить мастеров, да посерьезнее, Лис любил, не все же им его спрашивать.

— Давай-ка, пой дальше, тренируйся, — поощрил вокальные труды напарника тролль, и в теплицы к Байону троица двинулась под рулады неугомонного дракончика.

Глава 20

КАК УДАР

Наверное, Судьба и все прочие могущественные силы, отвечающие за мешочек с неприятностями, устроили перерыв и, завязав горловину зловещей емкости, ушли в столовую к собственному мастеру Вархимарху. Поэтому следующие несколько дней для Янки и друзей никакими событиями, потрясающими основы бытия, не ознаменовались.

Состоялся семинар по расоведению. В исполнении Яны Донской и Машьелиса о Либеларо прозвучала пара тождественных песен о любви, коварстве и подвиге. После которых студенты задали и свой вопрос о плагиате. Ответ тоже получили, правда, прозвучал он скорее в духе мастера Ясмера, нежели кентавра-расоведа, однако же объяснение поняла даже плохо воспринимающая всякую метафизику Янка.

— Идеи витают в поле Мироздания, особенно идеи, являющиеся отражением реальных событий, сопровождавшихся сильнейшим эмоциональным напряжением и переживаниями.

— Когда в середину пруда бросают камень, звук слышен на разных участках берега, и круги на воде тоже видны всем.

— Или, как Яна рассказывала, закон парных случаев! — влез с комментарием Машьелис.

Кстати, ехидный Лис оказался прав в одном: Быстрый Ветер в самом деле предложил тему курсовой работы или реферата к следующему семестру. Правда, не по плагиату, а как раз по таким «камням», плеск от которых слышен и виден во многих мирах. И предложил он ее не Яне (к ее вящему облегчению), а Машьелису (к радости и азартному удовольствию последнего).