Апельсинки для Осинкина (СИ)

— Не забуду, — пообещала я.

Мне было очень тяжело с ним расстаться. Даже на несколько дней. Предстоящая неделя казалась вечностью.

Радовало одно — то, что Андрей затеял стройку. С утра и до вечера в березнячке раздавался вой пил и стук молотков. Рабочие трудились с усердием, стараясь поскорее возвести новый дом. Нам с девочками они не мешали, напротив, эти звуки успокаивали меня, напоминали о том, что Андрей вернется. И только Марина Ивановна ходила с недовольным лицом. Посторонние люди ее сильно нервировали. Она даже написала жалобу участковому, но тот лишь развел руками.

Строители порядка не нарушали, значит, и наказывать не за что.

Я скучала по Андрею. Гораздо больше, чем хотелось бы.

В один из вечеров я не выдержала и забралась на крышу, чтобы поймать хороший сигнал сотовой связи. Интернетом я пользовалась редко, но сейчас с легкостью нашла нужные сайты. Мне хотелось узнать об Андрее как можно больше. О его интересах, привычках, увлечениях. О важности его работы. Мне попалась масса восхищенных отзывов благодарных пациентов.

Вернее, их родителей. Андрей Осинкин спас множество детей. Его методики помогали даже тогда, когда родители малышей уже лишились надежды на выздоровление.

Еще мне попалось множество фотографий Андрея. На них он выглядел совсем не таким, каким я привыкла его видеть. На отдыхе он носил простые рубашки и потертые штаны, а в первую нашу встречу вообще был заросшим и вооруженным топором. Со снимков, сделанных журналистами, на меня как будто смотрел совсем другой мужчина.

Серьезный, строгий, неприступный. Не важно, был ли он облачен в строгий деловой костюм или белоснежный халат врача. Андрей выглядел очень круто, как сказали бы мои девчонки.

Лишь один снимок расстроил меня и едва не довел до слез.

Тот, на котором Андрей был запечатлен с невестой, стройной брюнеткой с ультрамодной короткой стрижкой и грудью как минимум четвертого размера. Насколько я поняла, снимок был сделан незадолго до отпуска Андрея.

Он ничего не говорил о невесте. Даже имени ее не упоминал.

Может быть, его отпуск в одиночестве – тот самый дембельский аккорд перед началом семейной жизни? Вдруг, он дал себе время подумать и принять окончательное решение?

Мне оставалось только догадываться. А еще — с нетерпением ждать и одновременно бояться возвращения Андрея. Опасаться, что он приедет не один.

Так, собственно, и случилось.

Глава 28

Андрей

Войти в привычную колею оказалось непросто. Телом я как будто был уже здесь, а душа рвалась в другое место.