Антикиллер-2

Теперь с ним говорил простой хороший мужик, очень дружески расположенный к подполковнику Кореневу и максимально готовый к оказанию последнему всевозможных услуг.

– Вспомнил ваше обещание, Виктор Фомич. Одному моему знакомому очень нужна помощь квалифицированного защитника. Но у него совершенно нет денег. Вы меня понимаете?

Коренев отставил трубку от уха и сделал приглашающий жест. Сержант перегнулся через стол и превратился в слух.

– Какие деньги, Филипп Михайлович, о чем разговор! – слегка обиделся Чекулдаев, как будто всегда работал исключительно бесплатно.

– Ваш знакомый под стражей?

– Да.

– Назовите, пожалуйста, его фамилию и статью.

– Трофимов, а статей у него целый букет. Одно убийство, одно покушение, превышение власти...

– Еще злостное хулиганство, – подсказал сержант, но Лис отмахнулся – частности сейчас никого не интересовали.

– Конечно, это по версии следствия...

– Разумеется, разумеется, – по тону адвоката было ясно, что версии следователя такая ерунда, которую не следует принимать в расчет.

– В этом ему уже несколько раз отказывали.

Чекулдаев снисходительно хохотнул.

– Теперь мы попросим вместе. А я умею убеждать людей.

Да, бандитский адвокат был очень уверен в себе, и эта уверенность основывалась на сильных позициях.

– Спасибо.

– Не стоит благодарности. Надеюсь, что мы еще не раз будем плодотворно сотрудничать.

Надейся, никто тебе не запрещает.

Трофимов ожил на глазах.

– Постойте, так это тот самый Чекулдаев?! – вдруг сообразил он. – Самый знаменитый защитник! Тюрьма аж гудит: Чекулда – то, Чекулда – се! Это он двух моих сокамерников вытащил! У него такса – сто долларов в час. Неужели возьмется бесплатно?

– Ты же слышал, – ответил Лис. Сейчас он не мог радоваться вместе с сержантом, угнетали свои заботы. – Думаю, теперь все пойдет на лад.

– Как в камере? Может, хочешь в одиночку?

Трофимов пожал плечами:

– Да нет. Пока вроде все нормально.

– Ну давай!

Лис протянул руку, и окрыленный сержант пожал ее изо всех сил.

По петляв по запутанным переходам, через несколько минут Лис зашел в кабинет начальника оперчасти. Грузный и седой подполковник Стариков оторвался от кучи грифованных бумаг и тяжело приподнялся в кресле.

– Психбольница, – вместо приветствия сказал он.