Ангел на метле

– Невероятно, – воскликнул я, – свидетели, камера… и Суржикова не виновата? А! Сообразил! Она клептоманка!

– Серебряный молочник – вещь дорогая, клептоманы же тырят фигню, – фыркнула Наталья, – нет, ответ другой!

– Какой?

– Не дошло? – усмехнулась Наташа.

– Нет, – растерянно ответил я, – воров было двое? Но тогда это называется преступной группой, и срок им светит больше, чем одиночке! Можно я прочитаю статью?

– Нет, – тоном вредной учительницы заявила Капустина и снова схватила «мышку», – сам догадайся, в чем там было дело! Я сразу поняла, но у меня замечательный ум и редкая сообразительность!

Я постарался удержать на лице милую улыбку.

– Какие милые игрушки, вы их собираете?

– Я похожа на дуру? – фыркнула Капустина. – Это Светкино дерьмо.

– А кто она?

– Послушай, – оторвалась от компьютера Наташа, – мне некогда трепаться! Потом разберешься ху из ху!

Дверь противно заскрипела, в нос ударил сильный запах французской парфюмерии, он показался мне знакомым.

– Вот и Светик, – хмыкнула Капустина, – у нее про плюшевых дегенератов и спрашивай.

Я обернулся и вздрогнул.

– Летучка была?

– Нет, – ответила Наташа, не отрывая взора от компьютера.

– Фу! Успела! – выдохнула Светик. – Я думала, что опоздала. В парикмахерскую заскакивала.

– Иди в кабинет к главному, – посоветовала Капустина. – Небось сейчас начнут.

– Ага, – засуетилась девчонка, – только мордочку освежу!

Легкой тенью Светик проскользнула мимо меня, плюхнулась в вертящееся кресло, начала рыться в сумке, потом, чертыхаясь, перевернула торбу и вывалила ее содержимое в гору бумаг.

– Ну где же помада? – причитала Светик.

– Может, она осталась лежать у педали тормоза? – злорадно спросил я.