Американец, но все-таки русский

— Сейчас ты куда собираешься лететь?

Подивившись про себя ее проницательности, он отшутился:

— На своих орлов и соколов хочу поглядеть. С утра не видел. А что у вас в отделении? Ты говорила, будто много работы.

— Да, второй день запарка. Готовим к выписке партию выздоровевших бойцов, заполняем документацию, приводим в порядок их форму.

— Это ты про тех, которые вчера вечером хором пели в курилке?

— Про них самых. Не бойцы, а дикое племя какое-то. Скорее бы от них отделаться.

Они поболтали еще с минуту и попрощались.

— Елена, а ты не желаешь в выходной съездить в город? — спросил он, сделав пяток шагов в сторону столовой и повернувшись.

Она остановилась в дверях отделения и сказала:

— С удовольствием. Давно там не была.

— Значит, договорились?

— Да, — подтвердила женщина, улыбнулась и исчезла в коридоре.

Доглин познакомился с Карбановым в одном из сибирских гарнизонов, куда его направили после окончания Сызранского училища. Николай тогда был капитаном. Именно в его экипаж молодого лейтенанта и назначили летчиком-штурманом.

Со стороны их крепкая дружба казалась странной. Средней комплектации, подвижный, разговорчивый, шумный Александр и медлительный, немногословный, беззлобный здоровяк Николай вроде бы как-то не очень соответствовали один другому. Готовясь к полетам, Доглин не умолкал и сыпал остротами.

Вся история краха первого брака Карбанова прошла на глазах у его товарища. Как-то раз он заметил, что после ужина тот повернул не к дому, а к офицерскому общежитию. Ничего удивительного в этом не было. Командиры звеньев и эскадрилий иногда навещали обитель холостяков с целью проверки порядка и бытовых условий. Но в этот вечер поступила заявка на вылет, и отыскать Николая должен был Доглин.

— Понятия не имею, где он околачивается, — открыв дверь квартиры, равнодушно заявила Ирина, супруга Карбанова.

В итоге Александр нашел своего друга на старом диване в пустующей комнате общежития.

Заявка на вылет в тот вечер была отменена.

Возвращаясь в городок с аэродрома, Доглин поинтересовался:

— А чего это ты в общаге поселился?

Поначалу тот решил отмолчаться, но в комнате за рюмкой водки его прорвало:

— Да чего рассказывать-то, Саша? Ушел от Ирки. Сил никаких больше нет.