Американец, но все-таки русский

В-третьих, одной из машин требовался серьезный ремонт.

Заполнив документацию, летный состав потянулся к жилым модулям. Пора было постоять под прохладным душем, подкрепиться и отдохнуть.

Вездесущий Миша Гусенко поднялся в скворечник КДП и спросил:

— Дмитрий Георгиевич, я слышал, вы в город собираетесь, да?

— Есть такое дело. С утра автобус у командира базы выпросил.

— Водочки с закуской прикупите?

— Хотите отметить удачное завершение полета? — с улыбкой осведомился пожилой майор.

— А как же! И вы подходите.

— Чего ж не подойти — подойду.

В городке, расположенном рядом с базой, свободно продавалась «Столичная», причем не левая, а хорошего качества, настоящая, с московского завода «Кристалл». Стоила она в переводе на валюту чуть больше трех баксов.

— Два экипажа, техники, вы… — закатив глаза к потолку, подсчитывал Михаил. — Ладно! — Он махнул рукой. — Берите бутылок десять. Надеюсь, этого на всех хватит.

— До завтра придете в норму? — на всякий случай спросил майор.

— Куда ж мы денемся.

— Ладно. Понял. Десять.

Капитан отдал Дмитрию Георгиевичу тонкую пачку местных купюр и напомнил:

— Да, и если не трудно, прихватите килограмма четыре козьего мяса.

Майор Степко слыл человеком мягким и понимающим. Не просто же так он сам двадцать пять лет подряд бороздил небо."

"— А чего ж не прихватить? — прогудел он. — Под такое количество водочки не грех и хорошей закуски соорудить.

Спустя несколько минут он вместе с тремя бойцами охраны загрузился в старенький автобус и отбыл в город, до которого при желании можно было и пешком дойти.

Миша отправился в модуль.

В те дни, когда вертолетчики устраивали посиделки с алкоголем, прием пищи в столовой исключался. Ужин с закуской они готовили сами из того запаса продуктов, который держали именно для таких вот торжественных случаев.

Санитарное задание экипаж капитана Доглина выполнил без всяких приключений и особых накладок. «Восьмерка» долетела до базы на максимальной скорости, по спрямленному маршруту. Она тут же плюхнулась на площадку, возле которой ее уже поджидала машина с большими красными крестами на бортах.

— Кажется, это все на сегодня, — проворчал прапорщик Нудин, тут же вышел из пилотской кабины в грузовую и бросил ветошь на окровавленный пол.

— Да, все, — подтвердил командир. — Светлого времени осталось мало. Больше мы нынче никуда не полетим.