Американец, но все-таки русский

Левый фланг обороняло подразделение техника-сержанта Гвалата, занявшего место погибшего ротного командира. Помимо пулеметов и гранатометов на позиции сержанта действовал старенький российский БТР-80. Он уцелел каким-то чудом, постоянно маневрировал, появлялся то в одном проулке, то в другом. Огонь его крупнокалиберного пулемета эффективно сдерживал атаки противника.

Два других бронетранпортера, к сожалению, были подбиты. Их обгоревшие остовы до сих пор чадили черным дымом.

В тылу поредевшего батальона был разбит полевой госпиталь.

Сергею Державину было тридцать шесть лет. Девятнадцать из них он отдал армии, прошел путь, обычный для толкового офицера. После военного училища служил в отдаленных гарнизонах, поступил в академию, получил должность начальника штаба бригады ВДВ, стал военным советником."

"Да, на подобные должности попадают далеко не все офицеры, имеющие за плечами схожую карьеру.

— Серега, как ты стал военным советником? — спросил как-то его однокашник. — Это же элита!

— Повезло, — отшутился он.

— Ну, а все-таки?

— Я с самого детства общался с гениальными людьми. Вот и нахватался от них.

Его первая встреча с поистине гениальным человеком произошла на Черноморском побережье, куда мама привозила сына на пару недель каждое лето.

Дядя Боря дожидался, когда мелочь выспится, кормил их завтраком, брал за руки и вел в ближайший парк. Там вокруг детской площадки в тени акаций стояли лавочки, дородные тетки продавали с лотков мороженое.

На лавочках мужики играли в шахматы, домино или карты. Разумеется, не просто так. Дядя Боря останавливался возле тех персонажей, которые раскидывали картишки, и с интересом наблюдал за игрой. Через несколько минут кто-то из них обязательно предлагал этому заботливому папаше немного развеяться и сыграть партейку.

— Да я уж и не помню, когда в последний раз играл. Все в делах да в заботах. Разве что одну партейку.