Анахрон

Карты были, вроде, подробные, с улицами и переулками, но разрозненные. Установить необходимую Федору связь между искомым объектом и Среднеохтенским проспектом, где непосредственно проживал боец Федор, никак не удавалось.

Федор проживал на Охте. И все маршруты прокладывал непосредственно от Охты. Не умел иначе. Вследствие конкретности мышления.

Слово «Охта», повторяемое Федором на все лады, выводило Сигизмунда из себя. Они сидели в офисе фирмы «Морена» неподалеку от Сенной. Пушка недавно возвестила полдень. Близился обеденный перерыв.

Людмила Сергеевна уже налаживалась включить филлипсовскую кофеварку — дар Сигизмунда фирме.

Светочка сидела у окна — корпела над отчетом. Иногда отрывалась от бумаг и, глядя в пустоту, слегка шевелила губами. Потом снова утыкалась в отчет.

Людмила Сергеевна махнула рукой.

— Да оставьте вы этот фанерный комбинат! Не путайте Федора, Сигизмунд Борисович. Не найдет он фанерный комбинат. Вы лучше ему от «Фрунзенского» объясните. От универмага.

— От какого универмага? — изумился Федор.

Боец хорошо ориентировался во всех торговых точках города. А тут — новость!

— От сгоревшего, — пояснила Людмила Сергеевна.

— Чего?

— Ну универмаг, сгоревший, на углу Обводного и Московского… Полукругом… В лесах стоит…

Сигизмунд молча слушал их диалог. Смотрел на Федора. И буквально тонул в ощущении собственной устарелости. Новое поколение не знает универмага «Фрунзенский». Оно и легендарного командарма Фрунзе не знает. Оно выбрало пепси и на том успокоилось.

А вон Сигизмунд командарма знает. Его враги заоперировали. Поколению Сигизмунда командарма крепко в голову вбили. И это мистически роднит Сигизмунда с Людмилой Сергеевной.

С другой стороны, Людмила Сергеевна не знает «Сайгона». Да и Федор «Сайгона» не знает. Блин, до чего же я одинок!

— Светка! — окликнул Сигизмунд ни с того ни с сего. — Ты в «Сайгоне» бывала?

— Что? — не поняла Светочка.

— Да ничего, не отвлекайся. Это я так.

Так когда же сгорел «Фрунзенский»? Тому уж лет десять, наверное.

Боец Федор был тогда несознательным одиннадцатилетним хулиганом. Светка, небось, топталась на дискотеках. Людмила Сергеевна шла на «Ветерана Труда». Жаль — не дошла. Десять лет, м–да… Помнится, горел «Фрунзенский» аккурат в разгар «Интенсификации–90». Вспомнить бы еще, что это такое…

— В общем так, Федор. Садишься на метро. Есть там у вас, на Охте, какое–никакое метро?

Федор обиделся.

— У нас хорошее метро.

— Вот, — одобрил Сигизмунд. — Садишься.