Анахрон

Вавила легко отобрал у нее меч и ткнул Аську в грудь кулаком — больше для порядка. Аська закашлялась. Вавила что–то назидательно сказал и положил меч обратно на пианино.

Скалкс из угла вдруг подал голос:

— Ми тепер вся дорога драца.

Вика разрыдалась. Сигизмунд даже испугался — не задохнулась бы. Потом сквозь рыдания понесся словесный поток:

— Я же не верила!.. Я думала, ты… Я думала, ты можешь! В самом деле можешь — туда… К ним!.. Посмотреть, одним глазком!.. Темные Века, понимаешь?.. Все, все увидеть самой, понимаешь? Я поэтому… Поэтому и не уехала… Думала, ты можешь!.

— Видишь, скотина злобная, до чего девушку довел? — сказала Аська Вавиле.

Вавила слегка пожал плечами.

Вика продолжала убиваться, точно деревенская баба по покойнику:

— У–них–про–стра–анстве–енное–мышле–е–ение–е… А вре–емя цикли–и… Как они попадут теперь домо–ой?.

— А никак, — сказал Сигизмунд зло. — Будут здесь жить. Вкушать блага цивилизации. Стекло–бетон, телики–видики, мудаки–шмудаки.

Вика вдруг разом осушила все свои слезы.

— Ты, Морж, что — по уши деревянный?

— Да нет, — сказал Сигизмунд, дивясь собственному спокойствию. «Глаз тайфуна», да и только! — Просто я уже давно с этим дерьмом живу. Привык.

Вика замолчала. Сидела несчастная, с покрасневшим носом.

В углу зашевелился скалкс. Неторопливо подошел к Вике, погладил ее по плечу.

Вавила бросил что–то насмешливое. Скалкс, судя по тону, в ответ надерзил. Вавила стерпел."

"Понимая, что фракиец желает ее утешить, Вика слабо улыбнулась.

* * *

И вот Аська раскачивается на стуле и завывает на все лады «домоооой!», а все прочие маются и не знают, как жить дальше.

Впрочем нет, не все.

Похоже, скалкс как–то исключительно быстро свыкся с новым положением. Изворотливый ум, точно горная речка весной, помчался по новым руслам, изыскивая наилучших проходов к полноводным равнинным водоемам. Не впервой, видать, Дидису–из–хорошего–рода изыскивать способ существования в новом для него месте.

Во всяком случае, раб не выглядел сильно опечаленным.

Угнетенным и расстроенным выглядел его хозяин. Вавила совсем раскис.