Анахрон

…Когда убилстайна из земли вылез, — случилось уже после того, как ты, Сигисмундс, приходил нас звать, — так вот, когда вылез убилстайна — Сегерих забеспокоился. И то сказать, — ведь его поле выходит узким концом прямо к месту, где убилстайна из земли вылез.

— Что еще за убилстайна? — спросил у Вики Сигизмунд.

Та пожала плечами.

— Не знаю. Что–то вроде «зло–камня». Если дословно.

Вавила слушал, поблескивая глазами, на месте ерзал — видно было, что только и ждет мгновения вклиниться.

И дождался. Влез с подробностями.

…Лантхильда всему селу с детства посмешищем была. Вечно в какие–то истории влипала. А тут — сев. Перед севом что надо делать? Правильно. Поля объехать. И чтоб девственница ехала. Так вышло, что Лантхильду–то и выбрали. Все еще смеялись — думали, что же нелепая на этот раз выкинет?

Поле Сегериха — оно прямо к оврагу выходит. Ну вот, идут волы краем оврага, Лантхильду везут. У ней лунница золотая на шее.

"И вдруг — ба–бах! Гул пошел. Волы — животные серьезные, не понесут. Все как было, так и осталось. Ну, повозка накренилась немного… Эка невидаль. Так эта дура ухитрилась сверзиться в овраг — и тю–тю. Думали, шею себе сломала… Искали–искали. Нету! А через два дня является. И уже беременная. И в шубе из шкуры невиданной. Говорит, это махта–харья Сигисмундс, муж мой, такого зверя убил…

Сбить Вамбу с мысли оказалось не так–то просто.

…Вылез, значит, убилстайна — черный, страшный. И стоит. А Сегерих ходит и смотрит. День ходит, два ходит, покоя не знает — будто порчу на него навели. Подойдет, встанет и смотрит. То пальцем его потрогает, то в голове почешет. А убилстайна грозен.

— Похоже, это зонд–передатчик, — пробормотал Сигизмунд.

Вамба глянул на Сигизмунда и кивнул.

— Йаа, Сигисмундс, убилстайна.

Солнце уже на зиму повернуло, а Сегерих все сам не свой. В поле трудится, а нет–нет, да на убилстайну взгляд бросит.

Толковали старейшины промеж собой, как с убилстайной быть. К убилстайне ходили. Но молчал убилстайна.

Хотели к жрецам в капище послать и в бург к военному вождю. Вот бы приехал Лиутар, сын Эрзариха, и решил, что делать.