Анахрон

Тихонько завывая, он опустился на нары и повалился набок. Полежал немного. Вроде, отпустило. Рот был полон тягучей слюны.

Сигизмунд сполз с нар, прополоскал рот водой из крана. Вода противно отдавала ржавчиной. Тогда Сигизмунд взял термос, заготовленный им собственноручно для «пришельца», и на полном законном основании выхлебал тухловатый сладкий чай.

Глава двенадцатая

В квартире пахло, как в казенной бане. Было жарко и влажно. Навстречу Сигизмунду выскочил кобель; следом степенно вышла Лантхильда с мокрыми волосами.

У Сигизмунда раскалывалась голова. Руки дрожали, к горлу то и дело подкатывал комок. Сигизмунд избавился от ватника и, пошатываясь, побрел по коридору — отмывать руки. Сунулся в ванную — там было весело: густая пена перетекала через край, из пены торчала распаренная физиономия с рыжей бородой. Затрясла бородищей, залыбилась. Сигизмунд молча закрыл дверь.

Вымыл руки на кухне. Проглотил две таблетки анальгина и одну аспирина. Пошел и упал на тахту.

В гостиной бубнили три голоса. Дом был заполнен чужой речью.

…Из черного забытья Сигизмунда вырвал ого. Взревел дурными голосами дебильного американского мультсериала. Голосам вторило грубое ржание. Ногам почему–то было сыро. Сигизмунд открыл глаза. Он лежал лицом к стене. В ногах у него разметался мокрый кобель. Когда Сигизмунд, приподнявшись на локте, повернулся, он узрел три спины, обтянутые дешевыми спортивными костюмами: «родовичи» восседали рядком на тахте, пялились в ого, ржали и гортанно переговаривались.

В голове Сигизмунда медленно заворочалась мысль: их же четверо было… где–то в недрах квартиры скрывается четвертый…

Стоило Сигизмунду пошевелиться, как Лантхильда обернулась в его сторону. Она сияла, как медный грош. Любо ей, видите ли. Еще бы, вся родня тут до кучи, одного только аттилы любимого не хватает…

Вамба с Вавилой явно обрадовались пробуждению Сигизмунда. Заговорили с ним, стали по плечу его хлопать, наперебой рассказывали что–то.

Сигизмунд, кряхтя, сел. «Родовичи» подвинулись, дали ему место у экрана. Несколько секунд Сигизмунд тупо глядел в телевизор. На экране мельтешила писклявая муть. У Сигизмунда в голове все гудело. Немного придя в себя, он встал и пошел прочь. Вавила что–то сказал ему вслед. Видимо, удивлялся — куда это Сигисмундс уходит, когда по ящику такое диво показывают.