Анахрон

Шокер эффективно отпугивает кошку, если та подойдет достаточно близко. На Матери–героине испробовано. Пса уже не отпугивает. Опять же, опыты проведены.

Проверим, как на девке сработает. Сигизмунд изо всех сил нажал на кнопку. Прерывая девкины излияния, из ящика раздался омерзительный визг.

Лантхильда на миг застыла, а потом, завизжав куда эффективнее шокера, пулей бросилась из комнаты.

Сигизмунд завалился на подушку и с облегчением снова медленно погрузился в сон.

И снова его извлекли из блаженного небытия. Лантхильда, похоже, перешла всякие границы беспардонности.

Теперь сопя его ощупывала. Сперва по лицу пошарила, потом по шее, по груди. Бока обошла пальцами. Пальцы подрагивали. Вишь, беспокоится, не причинило ли то, что так страшно визжало, какой–либо ущерб сигизмундовой целостности. Не поранился ли. Жив ли вообще.

Сигизмунд умилился. Надо же! Как из комнаты брызнула! Перетрусила, небось, и все–таки вернулась. За него волнуется. Лапушка.

А потом умиляться себе запретил. Еще бы ей за него не волноваться.

Помрет он, Сигизмунд, — что она, девка, делать будет? Бездомная, безъязыкая? То–то же.

Сигизмунд тихонько застонал. Жалобно–жалобно. Лантхильда замерла, потом заметалась. Искать стала: где?.. Где Сигисмундса попортили? Свет зажгла.

Сигизмунд зажмурился и еще раз тихо, с наслаждением простонал: а–а… и лик сделал страдальческий, будто его пучит.

Лантхильда тишком приблизилась. Спросила что–то. Сигизмунд выжидал. Сейчас он расквитается с ней за все. Включая пение в ванной.

Когда она заботливо наклонилась над ним, он слегка приоткрыл глаза.

Над ним нависала туповато–испуганная физиономия. Пора! Он взметнул вверх руки и быстро щекотнул ее по ребрам.

Лантхильда подпрыгнула, испустив ужасающий визг, и вылетела из комнаты. Напоследок хлопнула дверью.

Сигизмунд выключил свет и снова лег.

Полежал, посмотрел в потолок. Сон как рукой сняло. Ну вот, опять обидел.

Прислушался. У девки было тихо. Вроде, не ревет.

Поворочался немного. Встал, направился к Лантхильде. Взаимопонимание обратно налаживать.

Лантхильда сидела на тахте, нахохлившись. Когда он вошел, даже не повернулась. Сигизмунд зажег свет. Не отреагировала.

Он присел перед ней на корточки. На него мрачно уставились водянистые нордические глаза. Время от времени девка помаргивала. И всђ.

— Йааа, — протянул Сигизмунд завлекающе.

Никакого ответа. Не желала девка в беседу вступать.

— Ладно тебе, девка, дуться, — сказал Сигизмунд. — Ты меня тоже со своим лимоном достала.