Альт-летчик

Пока самолетов, обладающих такой скоростью, ни у кого нет.

– А мы так и будем сидеть пристегнутыми к этим сиденьям? – вновь заговорила Инесса Арманд.

– Я для этого и вышел, чтобы еще раз показать, как пристегивается парашют, и посмотреть, насколько быстро у вас получится его надеть. На земле у всех это получалось, но мы в воздухе и надевать его требуется в момент опасности по моей команде. У кого не слишком крепкие нервы, тот может запутаться и потерять очень важные секунды.

– Никогда больше летать самолетами не буду! – фыркнула гордячка.

"– Внизу ранняя весна, кое-где еще снег лежит. Летим на север, где будет сплошной снежный покров. Надеть пальто и парашют вы точно не успеете, сейчас снизим подогрев воздуха. Эти самолеты выполняют свой первый полет. Произойти может все, что угодно. Как видите, я сам в меховом комбинезоне и мне тоже жарковато, но я терплю.

– Несси, милая, у нас нет другого способа попасть в Россию. Потерпите. Хотите шоколадку? – сказала Надежда Константиновна.

– А если мне захочется по нужде?

– В хвостовой части салона есть четыре туалета, даже душ. Полет испытательный, но если хотите, я подберу площадку у Штутгарта, и могу вас высадить. А так, бортмеханик сейчас вам всем сделает чайку и бутерброды.

– У меня жареная курочка есть, яйца и отварной картофель. Что-что, а продовольствия я взяла много, – улыбнулась Арманд и пригласила меня к столу через несколько минут.

Дошло, что это не вагон, а я – не проводник. Пока бортмеханик занимался чаем и бутербродами, к нам в кабину заглянули Фриц Платтен, председатель социалистической партии Швейцарии, депутат Национального Совета, которого наши эмигранты прихватили с собой на случай какого-либо провала.

– Увы, воздушный комитет запретил даже проведение его испытаний из-за высокой нагрузки на крыло. И еще одно: двигатели для него делаются в России.

– Но это же гражданский самолет, насколько я понимаю, я не вижу ни пулеметов, ни бомб.