Али-Баба и сорок разбойниц

А теперь представьте себе картину: по шоссе катит роскошный джип «Лендкрузер», черного цвета, с тонированными окнами, сзади мотается самый примитивный прицеп, железный ящик на двух колесах, прикрытый старым, выцветшим брезентом. На дворе стоит неожиданная для мая жара, навоз испускает такие миазмы, что мухи теряют сознание."

"Как только мы отъехали от дома и порулили в зоопарк, Валера принялся материться. Когда он понял, что говно, произведенное верблюдами, предстоит самим перекладывать лопатой в прицеп, он начал выдавать такие коленца, что мне захотелось все это записать для потомства.

– Ну и вонища! Никогда не думал, что верблюд родственник скунса.

Мы вполне благополучно добрались до шоссе, проехали энное количество километров и были остановлены гаишником. Сержант, помахивая жезлом, приблизился к «Лендкрузеру», проверил наши документы и лениво спросил:

– Что в прицепе?

Мы с Валерой переглянулись и замешкались с ответом.

Сержант алчно воскликнул:

– Ну и чего там, а?

– Дерьмо! – рявкнул Валера.

Инспектор покраснел.

– Ты это, того, поосторожней выражайся, а то и привлечь можно.

– Ты спросил, я ответил, – взревел Валера.

– Фекалии там от верблюдов, – некстати влез я, – из зоопарка!

– Из зоопарка? – в полном обалдении переспросил милиционер и совсем обозлился: – Из какого такого зоопарка?

Валера сплюнул за окно, сержант побагровел, повернулся к бело-синей машине и замахал руками.

– Вылазьте, – сказал один, дергая носом.

Второй молча чихнул.

– Вы напрасно беспокоитесь, – я попытался объяснить ситуацию, – мы везем навоз.

– Дерьмо, – гавкнул Валера.

– От верблюдов, из зоопарка, Московского, – подхватил я.

– На огород, – продолжил вполне миролюбиво Валера, – на картошку!

И тут стражи дороги окончательно взбесились. Они вытащили нас из «Лендкрузера», поставили у машины и, злобно бормоча: «Ну шутники фиговы, погодите», – резко сдернули брезент.

Тучи мух взлетели вверх, отвратительный запах разлился в теплом воздухе. На какое-то мгновение группа милиционеров застыла, потом один протянул:

– Дерьмо…

– Мы же вам говорили, – покачал я головой.