Ах, уехал мой любимый

– Бумага кончилась, мама!

- Сейчас, - быстро собрала себя в кучку и вбежала в ванную комнату, где сын, сидя на унитазе, поторопился освежить воздух, прыская освежителем практически мне в лицо.

- Это чтобы ты не нюхала, - пояснил мой джентльмен и с благодарностью принял у меня новый рулон туалетной бумаги.

Так, Литвинова, выбрасывай всех неугодных мужиков из головы и сконцентрируйся на том, которого сама родила. А Козырский пусть утрётся прямо тем полотенцем, которым был завешан его зад. Уверена, что со времен старшей школы эгоизм и самовлюбленность в нём лишь увеличились в масштабах и им почти тесно в одной квартире.

- А блины будут? – спросил Ваня, устраиваясь ну высоком стуле за обеденным столом.

- Ванюш, а давай кашу сварим? А то я уже не успеваю постряпать блины.

- Ладно, - выдохнул сын несколько расстроенно. – А можно хотя бы маленький кусочек хлеба с ореховой пастой съесть, пока каша варится?

- Можно, только если пообещаешь, потом съесть всю кашу.

- Обещаю, - маленькое личико озарилось довольной улыбкой.

- Тогда доставай пасту, а я пока нарежу хлеб.

Трясущейся рукой кусочек за кусочком нарезала хлеб до тех пор, пока не изрезала его весь. Было очень увлекательно его резать, представляя на месте буханки голову с торчащими в разные стороны волосами.

Ну, вот зачем ты вернулся? Зачем поселился сверху? Специально?

Я с упорством щепетильного сварщика собирала разбитое двенадцать лет назад сердце, но явился Козырский и одним поверхностным взглядом показал, что швы держались на честном слове. Честном слове о том, что я его забыла и мне на него плевать.

Не забыла, не плевать и снова всё в осколках. Вот только теперь мне хочется, чтобы и он тоже почувствовал, как больно они царапают.

- Мам, - донесся неуверенный голос за спиной.

- Да, Вань? - обернулась и увидела застывшего с банкой ореховой пасты в руках сына.

- Я так много не съем, - бросил он обалделый взгляд на хлеб. – Для каши места в животике не хватит.

- Значит, сегодня без каши. Но это первый и последний раз, Ванюш.

- А папа говорит, что попа слипнется, если много сладкого есть.

- Скажи папе, чтобы больше не ел попой, - подмигнула я сыну, насмешив его таким советом.