Ах, уехал мой любимый

- Всё, теперь поехали, - довольный собой сыночек повел нас к машине Матвея так, словно делал это ежедневно. Маленькое личико засияло счастливой улыбкой, когда машина со свистом ответила на разблокировку и щелкнула замками.

В салон, что я, что Ваня самостоятельно взобрались с трудом. Я – из-за боязни задирать ногу слишком высоко, будучи в платье, а Ваня - из-за коротких ног и маленького роста. Поэтому, сначала усадив Ваню, Матвей помог мне. Первое касание рука к руке после часовой разлуки искрами пронеслось по телу и снова согрело.

Только убедившись в том, что мы оба пристегнуты, Матвей устроился за рулем, пристегнулся сам и вырулил с придомовой парковки в общегородской поток.

До садика ехали под сопровождение бесконечной Ваниной болтовни. Он рассуждал обо всём: о рекламных баннерах, о других машинах, стоящих рядом с нами на светофорах, о том, что скоро станет совсем тепло и можно будет ездить на самокате… Обо всём, о чём нам, взрослым, даже не пришло бы в голову.

И, кажется, мы оба были благодарны Ване за то, что он разбавлял напряжение между нами.

Только у ворот садика легкая розовая паутина между нами стала чуть меньше натянутой. Все занялись процессом вылазки из высокой машины с минимальным риском повреждения ног и кормушки.

- Я подожду тебя, - сказал Матвей, когда мы подходили к калитки главного входа.

- Зачем? – непонимающе моргнула.

- На работу тебя подвезу. Или тебе не нужно?

- А, это? – улыбнулась, вспомнив, что отпуск еще на начался. – Нужно. Спасибо.

- Я жду, - ответил он мне теплой улыбкой и опустил взгляд на Ваню, который уже ждал с кулачком наготове.

- А ты вечером за мной приедешь?

- Посмотрим, - повел Матвей плечами. – Если успею с работы освободиться до шести, то приеду.

- Ну, ладно, - было слышно, что Ваня немного расстроился тем, что никто ему не дал конкретных обещаний, но настаивать на них он не стал.

Войдя в группу, сразу наткнулись на «тётю лошадь» и сразу захотелось пойти прочь и дождаться её ухода в свой кабинет.