Ах, уехал мой любимый

Теплые ладони плавно перекочевали с лица на шею. Большие пальцы зафиксировали подбородок, словно для того, чтобы я смотрела только на мужчину напротив.

- Он тебе ничего не сделал? – спросил Матвей обманчиво спокойно.

Я чувствовала, что внутри него все еще гуляла злоба и как слон в посудной лавке ломала равновесие.

- Ничего. Всё в порядке.

- Ване?

- Нет, - слабо качнула головой. – Я не впустила его в квартиру.

- Ладно, - облегченно выдохнул Матвей. Сосредоточенный взгляд темных колодцев стал мягче и на мгновение скользнул к моим губам.

- Ой! – спохватилась я и сделала шаг к двери квартиры, потеряв тепло мужских рук на своей шее. – Ваня один дома.

- Я, как раз к нему шёл, - запусти он руки в карманы джинсов.

- Зачем? – часто заморгала, прогоняя остатки влаги в уголках глаз.

- Я же вчера сказал, что сегодня приду. Если ты против…

- Он тебя ждал.

- Да? – губ Матвея коснулась легкая улыбка.

- Да, кормушку с тобой хотел построить. Завтра в садик нужно унести.

- А я без инструмента, - усмехнулся Козырский.

- Ваня всё подготовил. Еще с самого утра.

- Ну, тогда… - Матвей нерешительно переступил с ноги на ногу, поднял руку и смущенно потёр затылок. – Я могу зайти? – указал он кивком головы на дверь.

- Да, конечно! – спохватилась я, торопливо вытирая щеки от щипающих следов слёз. – Проходи.

Открыла дверь, но Матвей придержал её, впуская меня в квартиру первой.

- О, привет! – выбежал Ваня из своей комнаты.

- Привет, старичок, - сказал Матвей и скинул кроссовки, аккуратным движением ноги, выровняв их на коврике.

Традиционный удар кулачком о кулак зародил в груди чувство того, что так было всегда. Было что-то особенно близкое в этом их приветствии.

- А папа где? – спросил Ваня.

Растерянно переглянулась с Матвеем и натянуто улыбнулась.

- А папе… папе пришлось срочно уехать по делам, Ванюш.

- Понятно, - чуть нахмурился сыночек, о чем-то задумавшись. На мгновение перевел взгляд на дверь позади нас, а затем посмотрел прямо на Матвея.

- Кормушки? – изобразил Матвей удивление, забавно при этом вскинув брови. – Ну, если ты мне поможешь, думаю, у нас может что-то получится.

- Это не я тебе буду помогать, а ты мне, - деловито изрёк пятилетний важный чемодан. – Я, вообще-то, уже делал кормушки.

- Раз так, то придется тебе научить и меня, - хмыкнул Матвей и мягко подтолкнул Ваню в сторону его комнаты. – Пойдём, старичок, строить, а мама пусть пока отдохнёт.