Ах, уехал мой любимый

– Давай лицом к лицу! Кишка тонка, урод?

- Хочешь проверить, проктолог? – арктический тон Матвея ударил по ушам, широкая спина закрыла мне доступ к слизняку, поднимающемуся по стеночке.

Воздух вокруг буквально наэлектризовался. Игнатьев с упорством осла продолжал скрести на свой хребет, провоцируя Матвея еще больше выйти из себя.

- Рыцарь гребаный, - держался за стену бывший, словно после удара об нее опьянел еще сильнее. Тыльной стороной ладони утёр сопли, сфокусировал осоловелый взгляд на лице Матвея и с вызовом произнёс.

- Не надо, - поймала Козырского за руку раньше, чем он успел бы ею замахнуться. Преодолела разделяющие нас полшага и прижалась грудью к его спине. Матвей словно гудел изнутри: настолько он был полон эмоций. – Он пьяный и не соображает, что делает. Ты его сейчас ударишь, а завтра он побежит писать заявления. Это того не стоит.

- Мать Тереза, блин, - ехидная усмешка сорвалась с губ бывшего вместе с шумных выдохом.

- Пойдём-ка, друг. Я тебя провожу, - двинулся к нему Матвей, вынуждая моё сердце зайтись в грудной клетке бешеным поршнем.

Я была уверена в том, что Матвей не сдержится и ударит его, но вместо этого Козырский схватил упирающегося Игнатьева как щенка за шкирку и поволок вниз по лестнице. Звуки шагов и пьяных возмущений становились всё дальше. Где-то внизу хлопнула дверь и стало оглушительно тихо.

Паника подкатила к горлу. Фантазия рисовала в голове картины кровавой драки, после которой у Матвея есть стопроцентные шансы попасть за решетку благодаря знакомствам и дотошности Игнатьева.

Но не прошло и минуты, когда подъездная дверь снова открылась и по лестничным пролетам послышались уверенные неторопливые шаги, после чего Козырский, ступая по ступенькам, подошёл ко мне.

- Успокойся, - обхватил он моё лицо ладонями и мягко стёр дорожки слёз подушечками больших пальцев. – Всё хорошо.

Угольные глаза смотрели на меня сосредоточенно, между густыми бровями пролегла морщинка.

- Где он? – спросила, силясь вернуть себе самообладание.

Распустила тут нюни!

- В клумбе.

- Ты его…?

- Я его не трогал, - опередил меня Матвей. – Цветочек сам пророс. Удобрения внутри полно.

- Это дерьма-то? – усмехнулась сквозь слёзы и шумно втянула носом воздух.

- Видимо.

- Прости, что тебе пришлось в этом поучаствовать, - стыдливо опустила взгляд. Тело сотрясала крупная дрожь, пущенная выбросом адреналина.

- Перестань, - нахмурилась он еще сильнее и заставил посмотреть ему в глаза. – Тебе не за что извиняться.