Академия Талонхейла. Подставная невеста короля

— Но ведь все советники владеют лишь защитной магией!

— А вот у него была атакующая. Черная. Демоническая, — ответила ему. — Он был уверен, что убьет нас, и решился рассказать, что они с королем были заодно, а силу им давал какой-то Эйхар.

— Эйхар — это верховный демон, — произнес Итан. — Именно он создает те сущности, что сейчас наполняют Талонхейл. И даже если сложить всю силу этих сущностей вместе, то она не сравниться с той, которой обладает он сам.

— Значит, в любой момент он может появиться здесь, и мы все погибнем? — в ужасе пролепетала Кармина.

— Нет, — мотнул головой Итан. — Эйхар не может выбраться из своего мира, и все, что ему остается делать, так это посылать к нам сущностей через межпространственную брешь.

— Возможно, король и советник знали, как ему проникнуть в наш мир и готовились его высвободить, — предположила я. — А когда они оказались мертвы, Эйхар разозлился и наслал демонов на Талонхейл.

— Выходит, Арганд никогда не подсылал к нам демонов. Это делал сам король, — заключил Итан.

— Похоже на то, — согласилась я.

— Отлично, разобрались, — фыркнула Кармина. — Но теперь-то что делать? Как остановить этих демонов? Говорят, что воинов почти не осталось, и наши дни сочтены!

— Нужно найти магистра Элиаса, — уверенно ответила ей. — Ему что-то было известно о планах короля, я уверена в этом. И, думаю, только с его помощью мы сможем понять, как прекратить все это.

— И как мы его найдем? — спросил Итан.

— Он оставил мне подсказку перед тем, как исчез, — ответила ему.

— И? что он сказал тебе?

— Когда буря стихнет и к тебе не останется вопросов, обратись к истлевшему дереву, оно откроет тебе истину, — медленно проговорила я, чтобы друзья прониклись смыслом.

— Оригинально, — изогнул бровь Итан.

— Ага, — протянула Кармина.

— Ладно, давайте без ехидства, хорошо? В целом мне все понятно, остается только понять, что за истлевшее дерево.

— Бревно обгоревшее, — ответила Кармина.

— А ты смекалистая, — с усмешкой произнес Итан и похлопал подругу по плечу. — Может, пепел, зола… Нет? Ни о чем тебе это не говорит?

— Или угольки, — без энтузиазма добавила подруга, и я восторженно закричала. — Что я такого сказала, что тебя так обрадовало?

— Ты сказала угольки! — пропищала я. — Он говорил об Угольке — моем драконе!"

"— Ты уверена, что речь была о драконе? — засомневался Итан.