Академия отморозков

Просто группа Панова, заблокировавшая банду в лесном массиве, усилена разведротой местного полка. А Карцев сам руководит подразделением, оцепившим дом, в котором находишься и ты.

— Ясно!

— Так! Если тебе поставлена задача атаковать ГОВД в 10–45, то вывозить взрывчатку для подрыва ее на митинге боевики должны начать самое позднее в девять часов. В это время, когда машины подойдут к подъезду, и следует начать штурм!

Сургин возразил:

— Не согласен. Аджар не настолько глуп, чтобы не подстраховаться. А что он предпримет в качестве страховки, одному богу известно! И потом, штурм извне до того как бандиты начнут загрузку машин, нежелателен, потому что, поняв, что обречен, Аджар может подорвать заряды на месте, в подвале дома.

Потапов задумался. Затем спросил:

— И что предлагаешь ты?

— Перенести штурм на время, когда боевики погрузят взрывчатку на автомобили. И начать его изнутри.

— Как ты это себе представляешь?

— Как всегда, придется наносить первый удар мне.

— Я серьезно, Андрей!

— Я тоже, генерал! В общем, завтра ни во что не вмешивайтесь, что бы ни начало происходить внутри здания. Общий штурм по моей команде.

Генерал вновь задумался. Сургин ответил за начальника:

— Я знаю, Николай Викторович, о чем вы сейчас думаете. О людях, что будут находиться в доме, когда мы начнем действовать. Да, их необходимо вывести из здания.

Потапов вздохнул:

— Легко тебе говорить!

Майор удивился:

— Это мне-то легко? Мне, которому завтра вступать в схватку с тремя десятками головорезов? Мне, которому, если что, предстоит вместе со всеми лечь под руинами? Да, мне легко!

— Я все понимаю, Андрей! И ценю твою… твое… но ладно, это неважно.

— Понимаю, Николай Викторович, но другого выхода у нас нет, а вот шансы переиграть боевиков есть! Я тут прикинул, как и что следует сделать завтра утром.

— Докладывай.

Андрей довел до генерала обдуманный им вариант собственных действий. Не забыл он упомянуть и о странных молодых людях, и о том, как Аджар спланировал отход.

Генерал отозвался не сразу:

— Одна просьба, Андрей! Или требование, как угодно.