Академия невест

Только укусить и поцарапать смогла, но мужчина даже не дрогнул. Сосредоточенно и хмуро вдел руки в браслеты, застегнул. Принялся за ноги. Я, конечно, продолжала упираться. Даже лягалась. Вот только сила была не на моей стороне.

— Нет! Вы не можете! Нет! — кричала я, выворачивая руки и ноги, однако высвободиться все равно не получалось.

Они не могут! Они не могут избить меня плетью! Боги, это невозможно, это происходит не со мной. Это какой-то страшный сон.

— Нет, пожалуйста! Вы не можете! Отпустите меня… — взмолилась сквозь слезы.

Под руководством Луизы мужчина снял со стены плеть и направился ко мне.

Я закричала, уже почти ничего не соображая от ужаса. Но в этот момент где-то на периферии зрения мелькнула тень. А потом раздался холодный голос:

— Отпустите ее.

— Мой шаэл… — пролепетала Луиза.

— Я сказал, отпустите ее.

— Но Эвелин оскорбила вас, она…

— Вы считаете, я сам не могу разобраться с оскорбившей меня девушкой?

Перед глазами все расплывалось, но я узнала Арейша.

— Можете. Прошу прощения.

Луиза кивком указала в мою сторону. Ее помощник принялся расстегивать металлические браслеты. Почувствовав свободу, я чуть не упала. Тело резко обмякло, однако в последний момент все же удалось собраться с силами и удержаться на ногах. Только покачнулась довольно-таки заметно.

Арейш смотрел на меня холодно, пронзительно, как будто видел насквозь. Я тоже смотрела на него, но что делать — не знала. Поблагодарить за спасение? Ведь если бы не он… боги, до сих пор не могу поверить, что меня могли избить плетью! И в то же время… мне вдруг стало невероятно стыдно.

— И впредь, — не отрывая от меня взгляда, произнес Арейш. — Не смейте принимать за меня решения. Невесты — собственность шиагов. Не забывайте об этом.

— Да, мой шаэл.

Арейш снова превратился в черный дым и выскользнул прочь из темницы.

— Помогите ей вернуться в комнату, — скомандовала Луиза. Голос наставницы прозвучал как-то странно.

Помощник подхватил меня под руку, но я отпрянула от него, высвобождаясь из цепкой хватки.

— Не нужно. Сама дойду.

Не то чтобы силы вернулись ко мне или ноги начали волшебным образом держать. Но щеки горели от стыда. А внутри росло что-то жгучее, обжигающее. Хватит с меня унижения. Я сама себя унизила. Разрыдалась здесь, умоляя этих… людей.