Чужой портрет (СИ)

Опираюсь, выхожу, Каз придерживает заботливо, чтоб не упала.

— Спасибо за поездку, — вежливо бормочу я, пытаясь забрать ладонь из крепких горячих рук, но Каз не пускает.

Он мягок, но настойчив, и это обезоруживает.

Я хотела найти вариант, при котором он перестанет мной интересоваться, а , похоже, это именно он нашел вариант, при котором я не смогу ему отказать!

Изумленная неожиданным и пугающим открытием, замираю, смотрю в его темное в полумраке больничного двора лицо с лихорадочно блестящими глазами.

— Слушай… — он облизывает губы, и я с удивлением отмечаю, что они не твердые, хотя именно такими ощущались, когда целовал, а мягкие. И изгиб… Да… Красивый такой, чувственный…

Моргаю, понимая, что слишком долго смотрю на его рот, перевожу взгляд на более безопасный объект для наблюдения — шею. Крепкую, смуглую… Боже, может, вообще глаза закрыть?

— Маруся… — он держит за руку, мягко перебирает пальцами по ладони, и это щекотно и волнительно. А еще очень-очень нежно.

— Я… Не могу… Мне с Вальчиком сидеть…

— Вальчик? — выразительные брови поднимаются в удивлении.

— Сын Ланы.

— А-а-а-а… Ну, не проблема… Погуляем с пацаном.

— Эм-м-м…

— Завтра заеду.

— Но…

— Часов в пять, нормально?

— Да, но…

— Ну отлично, до встречи.

Он разворачивается и быстро прыгает в машину.

Я не успеваю ничего сказать, просто смотрю в легкой оторопи, как шикарная гоночная машина вылетает с больничного двора.

Это я что, сейчас на свидание согласилась?

Как так получилось, вообще?

Глава 25

— То есть, пойдешь? — Ланка смотрит на меня недоверчиво, вздыхает, — уверена?

— Не знаю… — мне почему-то стыдно сейчас перед ней.

Еще бы, столько времени упиралась козой-дерезой, а тут раз — и согласилась…

— Слушай… — Ланка застегивает рабочий халат, надевает шапочку и маску, она сегодня с обеда на смене в больнице, в терапии, — я, конечно, ничего не буду говорить, все, что могла, сказала, но… Ты — большая девочка… У тебя был кто-то? Ну… Ты понимаешь?

— Понимаю, — киваю я, стараясь говорить как можно суше и спокойней, — был.

— Ну… Тогда легче, да? — щурится она.

— Нет, не легче.

— Черт… Марусь… — Ланка подходит ближе, гладит по плечу, — прости… Я не хотела… Бередить.

— Ничего, все нормально, — улыбаюсь я, — уже.