Академия Мечтателей

Первые жертвы принесены, первые Звёзды зажглись, а имена героев уже высечены на алтарях. Но я слишком много говорю, скоро вы сами всё увидите и поймёте.

* * *Где-то в подземельяхТрорин смущённо кашлянул, пытаясь заглушить вырывающиеся наружу последствия употребления вампирской ягоды, но специфический аромат, предательски расползающийся по пещере, явственно намекал, что старания гнома бессмысленны.

Пытаясь сохранить лицо, величайший специалист по магической оптике осуждающе посмотрел на одного из племянников и пригрозил ему пальцем:

— Дорин! Как тебе не стыдно! Здесь леди!

— Хочу напомнить, — прошипел Хаук, — что издаваемые вами звуки не характерны для местной нежити и если их услышат враги, нам придётся худо.

Каратель зажмурился и мысленно вознёс мольбу Хэймдару, прося ниспослать ему сил, терпения и немного удачи.

Благодаря тому, что практически все Тёмные сейчас были заняты разгребанием завалов, они смогли практически без приключений пройти два уровня.

Если верить графине, выходы из этих туннелей были на девятом уровне, на котором их собственно и удерживали, пятнадцатом и двадцать втором. Но самый нижний туннель вёл непосредственно в Айшагиру, а вот с пятнадцатого можно было выйти на поверхность.

Вот только как это осуществить на практике? Вряд ли враги с нижних ярусов также отправились наверх, разбирать обвал.

Что ж, хорошо, если это так. К тому же теперь у них есть подобие разрывных ядер. Если кристалл с уменьшенным количеством взрывчатого вещества разорвётся в воздухе, он причинит вред лишь врагам, но не вызовет очередного обвала. Тинтарские ярусы слишком хорошо укреплены, чтобы подобное могло серьёзно повредить их.

Трорин в очередной раз… кашлянул, застав Карателя обречённо скрипнуть зубами.

Терпи, Хаук, терпи и думай о товарищах, оставшихся в темнице. Ты должен выбраться и вернуться за ними с большим отрядом.

* * *Мастер Трорин тихонько заскулил, но тут же взял себя в руки, увидев угрожающий взгляд Карателя.

Живот ныл, кишечник бунтовал, а голова болела из-за тягостных дум. Он банкрот! До слов Орина он не осознавал весь масштаб катастрофы, но теперь ему хотелось рыдать навзрыд из-за потенциальных убытков.