Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

 – Кому что хотела доказать, Аня?

– Не отчитывай меня как маленькую! – вдруг резко отозвалась она, зло сузив глаза, и метнула на собеседника раздраженный взгляд.

– А ты и есть маленькая. – Женька пожал плечами и отвернулся, положив руки на руль. – По поведению уж точно лет на шестнадцать тянешь, не больше.

– Да что ты вообще понимаешь! – Она вдруг всхлипнула, обхватила руками рюкзак и съежилась на сиденье. – Ничего, вообще ничего! Тебе не приходило в голову, что я ради тебя это все, как ты выразился, делаю?! – выкрикнула вдруг Аня и отвернулась, прикусив губу.

Женька, совсем не ожидавший истерики от взбалмошной, но обычно веселой и жизнерадостной девчонки, опешил и моргнул, почувствовав растерянность. Плачущие женщины заставляли его нервничать и чувствовать себя виноватым, даже если это было не так.

– Что значит ради меня, Ань? – переспросил он, осторожно покосившись на Аню. – При чем тут я?

– При том, – очень понятно объяснила она сдавленным голосом и снова всхлипнула.

Женя выдохнул и растерянно взъерошил волосы, окончательно запутавшись в происходящем.

Вроде это Аня должна каяться и просить прощения, но черт возьми, почему тогда он снова чувствует эту дурацкую вину?! И почему она плачет?

– Ладно, не реви, – пробормотал Соколинский и протянул руку, неловко погладив девушку по плечу. – Слышишь, Ань?

Она дернулась, избавляясь от его ладони.

– Уйди от меня! – снова огрызнулась Аня, не поворачиваясь.

Женька пробормотал ругательство, убрал руку и завел мотор, дав себе слово, что это последний раз, когда он откликнулся на просьбу тети Светы.

Дальше пусть сама разбирается со своей взбалмошной дочерью, с него хватит. И вообще, ему своих проблем достаточно с Аленой, чтобы еще чужие решать. Пусть даже и друзей семьи, и родители могут сколько угодно потом обижаться на него. Аня скоро затихла и, похоже, задремала, и обратный путь прошел в блаженной тишине. Женя, то и дело косясь на успокоившуюся беглянку, тоже пришел в себя, и противное чувство, что он ухитрился каким-то образом обидеть дочь Светланы, прошло. Соколинский добрался до дома друзей семьи и остановился у нужного подъезда, потом осторожно потряс сомлевшую в тепле машины попутчицу.

– Ань, приехали, – негромко позвал он.

– А?.. – Она встрепенулась, моргнула, широко зевнув, и рассеянно глянула в окно. – Ага…

Аня вздохнула, прикусила губу, посидела, не торопясь выходить.

– Не проводишь? – тихо спросила девушка, не глядя на Женю.

– Мне на работу надо. – Лис покачал головой. – А тебя мама ждет.