Афганский рубеж 4

Дотянувшись до неё, притянул к себе этот кирпичик весом в 3 килограмма.

— Терек-4, всем внимание. Экономим патроны. Держим сектора… — продолжал давать команды Саламов.

— Ну что там? Вертушки уже на подходе? — спросил ефрейтор, взглянув на меня уставшими глазами и размазав по щекам кровь.

— Нет ещё. Экономим патроны.

Очередная атака духов началась с нашего направления. Несколько выстрелов из РПГ по склону, и вновь воздух раздирают крики душманов. Кто-то кричал нам «шурави», а кто-то «кафиры», что значит неверные.

"К нам идёт небольшая группа из пяти человек. В это время слева духов ещё больше. А из кузова пикапа строчит «сварка», как я привык называть пулемёт ДШК.

— Рахметов, держи фланг. Обходят, обходят! — продолжал «жужжать» в динамике гарнитуры голос Саламова.

— Пустой! — одновременно крикнули мы и принялись за перезарядку.

Эти чёртовы секунды позволили двум духам пройти несколько метров по склону и спрятаться за ближайшим камнем. И как по заказу усилил давление ДШК, и вернулись к работе гранатомётчики.

— Да сколько их там⁈ — драл горло Рахметов, пригибаясь за камни.

Такое чувство, что количество выстрелов от РПГ у душманов, как патронов в пулемётной ленте. Будто весь склад боеприпасов они готовы здесь оставить, лишь бы добраться до нас.

Методично каждый патрон и снаряд разрывал землю вокруг нас. Ощущение, что ты на концерте, где только ударные и духовые инструменты. Ещё и играют вразнобой. Каждый звук впивался в мозг покруче жала пчелы.

Только прекратился накат, как к нам рванули духи.

— Рахметов, справа! Справа родной! — раздался самый настоящий визг в динамике гарнитуры.

Я в последний момент успел выставить автомат, чтобы снять душмана. Очередь прошла в упор и точно в лицо. Рахметова окропила кровь убитого душмана. Но слева был ещё один душман. И он уже летел на меня с кинжалом.

Совсем уже страх потерял!

Рука только и успела нажать на спуск автомата. Прозвучала короткая очередь, и его обмякшее тело рухнуло на меня.

Моя одежда стала быстро намокать от крови, а на спине душмана расширялось багровое пятно, делая тёмно-синее одеяние чёрным.

У меня штаны и куртка комбинезона намокли и стали липнуть к коже. Отбросил с себя душмана в сторону.

Чем дольше продолжался бой, тем становилась больше усталость и безразличие к пролетающим мимо пулям. Казалось, что стрелки на часах шли всё медленнее и медленнее. Уже привычны стали предсмертные крики духов и их душераздирающие призывы к нам сдаваться.