Афганский рубеж 4

Что за конфликт у замполита и Орлова? Почему при каждом удобном и неудобном случае старший лейтенант Ломов требует чуть ли не суда над Михаилом?

Даниил начал смеяться, а вот мне было не до каламбура.

— Бойцов, ты клоуна перед собой увидел?

— Виноват, командир. Просто не думал, что он ещё это помнит, — продолжил смеяться Даниил Сергеевич.

Мне было не до смеха в этот момент. А вот когда Бойцов рассказал причину, то и я не сдержал улыбки.

Оказывается, раньше Ломов служил в звене у Бойцова. После того как Виктор Викторович был назначен на должность замполита, их отношения не стали «прохладными».

И вот после одного из застолий, заночевав в номере с девушками, Орлов и совершил «преступление века». А именно акт вандализма по отношению к дефицитной в эти годы обуви немецкой спортивной фирмы.

— А он другого места не нашёл, куда бы наср… наложить кучу? — уточнил я.

— Так Ломов закрылся в туалете и не выходил.

Совсем допился до чёртиков, Михаил Юрьевич! Но как-то уж не очень убедительно вся эта ситуация тянет на личную неприязнь.

В Кандагаре нас надолго не задержали. На стоянку подъехали грузовики, загрузили трофеи и уехали. А вот ракету «Страстрик» забрали на отдельном транспорте.

Сразу после разгрузки, полковник Веленов начал расспрашивать о дальнейших планах.

— Что предлагаешь, Сан Саныч? — спросил Юрий Борисович, прохаживаясь со мной вокруг вертолёта.

"— Есть идея, как нам расширить зону поиска. Есть мысль, что основные маршруты гораздо ближе к границе. Но чтобы проверить, возможно, будут потери…

— Я тебе дам потери! — возмутился Веленов.

— Командир, да вы не поняли. Потери будут в военном имуществе, — начал объяснять я план, который мы обсудили с Липкиным ещё в Шахджое перед вылетом в Кандагар.

Моим предложением было взять меньше блоков, заменив их на подвесные топливные баки.

— Как только выработаем их, сбросим и пойдём на внутренних баках. Сами же знаете, что оставлять пустые баки небезопасно.

— Знаю. А потом кто мне будет за эти баки отписываться? — вновь проворчал Веленов.

Вот скупердяй! Этих баков сотни тысяч. На каждом дачном участке стоят, а ему несколько штук жалко.

— Товарищ полковник, перехваченные караваны важнее топливных баков.