Абсолютно несовместимы

– Ну да…

– Хватит, Морок!

Вова встал и, потирая переносицу, подошёл к карте местности со снимками объекта.

– Лёх, сам посуди. Кого вывозят в рабство? Девчонок молодых. Сколько им? Шестнадцать? Восемнадцать? Дети. Это же чьи-то дочери. Их опоили, усыпили и выкрали. Ты сам-то как себе представляешь подобное? В петлю не полезешь через неделю?

В комнате вновь воцарилась тишина. Алексей ходил взад-вперёд и почёсывал затылок."

"– Не знаю. Охранников – в расход. Остальных… Стреляйте по верхам. Кому-то не повезёт поймать рикошет, – он открыл окно и закурил.

Оглянувшись, Алексей поймал на себе полтора десятка тревожных взглядов и махнул рукой:

– План задания всем разослан. Разойтись и изучать. Выезд завтра в шесть утра.

* * *

Денис проснулся чётко по будильнику в половину пятого. Постоял несколько минут под холодным душем, оделся и пошёл в оружейку.

Все собирались молча.

Денис открыл свой шкафчик, затянул на себе бронежилет, надел балаклаву на макушку. Проверил боевой нож на остроту. Он редко им пользовался и вообще старался не подпускать противников ближе, чем на выстрел. Но не всегда всё шло по плану.

На душе было мутно. Шею ломило от бешенства: Денис всем нутром восставал против такого циничного жестокого задания. “Фобос”, конечно, был далёк от звания вселенского спасителя: им нередко приходилось организовывать военные перевороты, политические провокации, подогревать тлеющие тут и там кризисы.

Без четверти шесть отряд из шестнадцати человек стоял на плацу перед четырьмя чёрными внедорожниками. Алексей вышел из-за машин и отшвырнул окурок:

– Чего все такие красноглазые?

– Такие же, как наш командир, – ответил за остальных Вова. В шеренге послышались тихие смешки.

– Я не хочу, чтобы у вас сложилось впечатление, будто мне совершенно плевать на этическую сторону вопроса. Но, если помните, наша организация вообще большую часть времени находится вне этики и общепринятых законов войны, – Алексей откашлялся. – Я никого сюда не приводил безрассудным младенцем. Каждый пришёл совершеннолетним и принимал решение самостоятельно. У каждого из вас были свои мотивы остаться в “Фобосе”. Кто-то хотел денег – и они у вас появились.