Адептка драконьего генерала. Чужая невеста

А испарина на висках говорила сама за себя. Рана все же беспокоила генерала, хоть он и старался скрыть это.

Я укоризненно посмотрела на своего куратора. А тот заговорил снова:

– Но если кто-то узнает про выбор моего дракона и метку рода Рилун на твоей спине, у меня и правда будут проблемы. Теперь я лучше понимаю, почему эта метка не заставила обручение с родом Хайлун исчезнуть. Оно завязано на первородной магии. Просто так эту дрянь на твоей шее не перебить.

– А как перебить? – с надеждой спросила я, вспоминая жжение чужой силы.

Генерал покачал головой:

– Пока не знаю. Поэтому тебе придется скрывать обе метки. В идеале до окончания академии.

У меня вырвался тяжёлый вздох:

– Я вылечу отсюда через пару месяцев, если не получу крылья.

– Получишь, – заверил меня Рилун. – Снадобье Роу… и магия моего дракона помогают твоей малышке расти быстрее. Правда, последнее также ослабляет маскировку, так что нам нужно быть осторожнее.

Я рассеянно кивнула и поймала себя на том, что снова разглядываю переливающуюся руну на плече генерала.

– Что это? У парней я не видела ничего подобного.

После короткой заминки Рилун ответил:

– Такие рисунки есть только у воплощенных. Извини, Паола. Я не могу тебе об этом рассказывать. Обретешь возможность оборачиваться драконом – узнаешь сама. Таковы правила.

– Такая же руна была на той пластинке, которую вы мне дали, – задумчиво протянула я. – Вы написали, что она на крайний случай. Это какой-то артефакт?

– Нет, – мотнул головой генерал.

Я скептически хмыкнула. В то, что его мать захочет помочь мне, верилось слабо. Но говорить об этом я не стала. Куратор понимающе улыбнулся и посерьезнел:

– Джайна Рилун признает только происхождение и силу. Реншу, один из семи самых древних родов. Второе ты обретёшь со временем.

Я не стала спорить и протянула ему ещё один пузырек.

– Что и это надо выпить обязательно? – скорбно спросил генерал."

"Судя по тому, с каким лицом он опрокинул в себя склянку, прошлое лекарство и правда оказалось редкостной дрянью.

Я упрекнула его:

– Вы ранены и совсем не лечитесь!

Он сунул мне пустую склянку и заявил:

– Это далеко не самая страшная рана в моей жизни. Только некоторые нудные обязанности заставляют меня оставаться здесь.

Я кивнула и отправилась относить на место мазь и пустые склянки. А когда вернулась, то обнаружила, что генерал уже крепко спит.