Адептка драконьего генерала. Чужая невеста

– Так вот почему была заминка, – протянула сестра генерала. – Тогда почему ты ничего не сказала при ректоре Тулуне?– Зачем? – пробормотала я, обессиленно закрывая глаза. – Кайс пришел с куратором, чтобы тот заступился за него. А на сцене к тому времени уже все убрали. У меня нет доказательств. Никто бы мне не поверил.

– Я тебе верю, – возразила Эльзада. – И Арс.

– А он, наверное, сейчас с Сайерой разговаривает…

Эти слова вырвались сами. Брови драконицы поползли вверх. Она тоже не ожидала от меня такой неприкрытой ревности.

– Сомневаюсь, – ответила Эльзада, пряча улыбку.

Ее пальцы стали теплыми, и дурнота отступила. Ответить я не успела. В следующий момент дверь распахнулась. Пшик торжественно вплыл в комнату, удерживая перед собой чайник и чашку. Не успела я удивиться тому, что дух воспользовался дверью по назначению, а не просочился через нее, как через порог шагнул генерал.

Он запер дверь и нахмурился. А затем спросил:

– Что происходит? Почему ты здесь, Эль?

Его сестра спокойно пояснила:"

"– Паола потратила больше магии, чем рассчитывала.

Она лукаво улыбнулась. Но генерал ответил серьезно:

– Мне нужно поговорить с Паолой о фестивале. Я ощутил, что она вернулась в общежитие и совсем не ожидал встретить здесь тебя.

Драконица медленно поднялась и подошла к брату. Вскинула голову, заглядывая ему в глаза.

– Я рассчитываю на твое благоразумие, Арс. Держи себя в руках. И помни, что репутация рода пострадать не должна. Доброй ночи, Паола.

С этими словами она кивнула мне и ушла.

Я в этот момент нашла в себе силы сесть на постели, а заботливый Пшик сунул мне кружку с чаем. Совесть взялась за меня с новой силой. Я отхлебнула теплый напиток и покосилась на свечу.

Генерал остановился возле моей постели и спросил:

– Что произошло? Ты выложилась на полную, чтобы пробудить артефакты? Разве Калантар не объяснял тебе, что это может быть опасно?

– Мне помешал Кайс, – ответила я.

Пришлось рассказать генералу о том, что произошло на открытии. Какое-то время он молчал. Я прихлебывая чай, чувствуя, как внутри куратора клокочет бешенство. Наконец, он решил:

– С Кайсом я разберусь сам.

После этого Рилун присел на кровать и заглянул мне в глаза.