А жизнь так коротка!

Что ж, деньги – не последнее дело.

– Булат старшим пойдет, – сказал Будильник.

– Тебе видней, – не стал возражать Вагонетка.

Дело может не выгореть – так сказал «бригадир». И Будильник, падла, за это ухватился. Леона поставил старшим. Провалит он дело, с него спрос.

– Подай сумку, – велел Вагонетка Ржаному.

Тот сидел к ней ближе всех.

Из сумки «бригадир» достал стволы. Два «стечкина». На пистолеты накручены и цилиндры глушителей.

Вагонетка достал еще и «ТТ», также с глушителем.

– Это тебе, – он протянул его Леону.

«ТТ» пробивает бронежилет, а вот «АПС» нет.

Леон взял пистолет. Мизинец и Бобер разобрали «стечкины». По два запасных магазина получили.

Затем Вагонетка выгнал всех в кухню. Оставил лишь троих исполнителей. И только тогда назвал адрес, где устраивать засаду. Дал фотографию жертвы. И даже фото его подруги у него нашлось. Дальше он назвал имя «бригадира». Выдал биографическую справку с конкретными подробностями. Указал примерное время появления жертвы.

– Валить всех. И Михея, и его «торпед»...

Посчитав, что дал исчерпывающие объяснения, Вагонетка снова собрал всех и навалился на жратву.

Леон начал собираться. Оделся, попрыгал – пушка не проваливается. Все, можно идти. А транспорт?

Но Будильник предугадал его вопрос:

– Кот, ты тоже собирайся. На твоей тачке пацаны покатят...

– А премия? – не растерялся тот.

– Ну ты и хмырь! – хмыкнул Вагонетка. – Ладно, штуку получишь...

Ведь и Кот рискует как-никак.

* * *Дом пятиэтажный.

Начало седьмого. Обычно он приезжал около восьми. На черном джипе «Чероки» прикатывает. Номер известен. Только неясно, сколько он на хвосте охраны притащит. Времена нынче смутные. Война нешуточная разгорелась. Мочилово полным ходом прет. А Михей даже очередь на кладбище не занял.

– Ну чо, повалили? – спросил Мизинец.

И сделал движение, чтобы открыть дверь. Их «девятка» стояла возле подъезда дома напротив. Через детскую площадку перейти, и вот он, неприятельский подъезд.

– Куда ты? – удержал его Леон. – Рехнулся?

– А чего?.. В подъезде Михея ждать надо, не в машине...

– Слушай сюда, – хищно сузил глаза Леон. – Мне решать, как и что делать... Понял?

От него повеяло могильным холодом. Мизинцу явно стало не по себе. Он воспринимал Леона всерьез, а потому ничего не вякнул в ответ.