А жизнь так коротка!

– А потом нас отпустят? – спросил врач.

Леон кивнул.

– Вы даете гарантию?..

– Слушай, заткнись, а? – осадил его Мизинец. – Гарантию ему подавай, в натуре... Вали спать, «лепила»...

– Попрошу без грубостей! – вскинулся доктор.

– Все, остыли, оба... – заступился за него Леон. – Иди, доктор, на кухню. Пожуй чего-нибудь... И подругу свою забери...

Доктор исчез на кухне. Катюха осталась на месте.

– А ты чего?..

– Опозорилась я, – всхлипнула она.

И закрыла лицо руками. Стыдно девчонке. Леону стало ее жаль.

– Ты ж не за просто так ложилась.

Но он понимал, что для нее это слабое утешение.

– Да не нужны мне эти вонючие доллары...

– Так какого хрена ты ноги раздвигала? – хмыкнул Мизинец.

– Так ваш старший такой грозный... Он бы меня изнасиловал...

– Чо, дура? У нас тут все по понятиям, в натуре... Мы не беспредельщики конченые, поняла?.. И если ты не хочешь, тебя и пальцем не тронут...

Если честно, Леон сомневался в этом. Это Мизинец сейчас так говорит, когда с ним один только Леон. И не забухан – так, граммов двести всего поднял.

– Я не хочу... У меня ведь парень есть...

На Катюху было больно смотреть.

– Ладно, не пищи, – потрепал ее по щеке Леон. – За меня держись, все в ажуре будет...

– В натуре, Булат у нас пацан конкретный, – сказал Мизинец. – «Крышей» твоей будет...

* * *– Ничтяк житуха, а, пацаны? – Будильник обвел всех пьяным взглядом.

Уже и проспаться успел, и набраться по новой.

Пацаны дрыхли до вечера. И Леон с Мизинцем отоспались – Кот с Бобром их сменили. Сейчас на стреме один только Карл. Кот и Бобер дрыхнут. За столом Будильник, Леон, Мизинец, Супец и Ржаной.

Доктор с Катюхой в комнате у Беса.

– Да не хило... – кивнул Супец.

– Водяры залейся, икорка, колбаска, «Мальборо», блин... Телок не хватает... А Катюха? – Будильник с силой ударил по столу. Звякнули тарелки, подскочили стаканы, водка расплескалась по столешнице. – Где она, курва? Сюда ее..

Супец соскочил со стула и свинтился с кухни. И тут же появился снова. Катюху с собой притащил. Стоит девка, глаза сонные, на щеке узор от подушки. Спала она, а ее так бесцеремонно сюда вытянули.

– Ну чо, киска, стриптиз забацаешь? – хохотнул Будильник.

– Чего?

– Ты чо, в натуре, дикая?.. Танцуй, блин, да шмотки скидывай, и все дела... Чо, не врубаешь?

– А-а, стриптиз... Я не умею... Я не хочу...

Она просительно посмотрела на Леона. Ведь он обещал заступиться.