А жизнь так коротка!

А страху на обывателя он нагнать умел.

– Я могу вызвать... – стушевалась тетка.

– Ну так суетись, чего встала?

Будильник достал двадцатидолларовую купюру и сунул ей в боковой карман. И угрозой, и пряником ее подстегнул.

– Инструменты с собой пусть захватит... У нас тут человек в машине, на железяку напоролся...

– Так его сюда надо, – снимая телефонную трубку, сказала тетка. – В хирургическое, на операцию...

– Нетранспортабелен он, поняла?

Нетранспортабелен... Леон усмехнулся. Не знал он, что «звеньевому» знакомы такие слова.

– Ну да Анатолий Михайлович разберется, – махнула рукой тетка...

Минут через десять появился хирург, кривоногий лысый дядька с важным лицом, а с ним медсестра, смазливая девица в голубом халате. Врач тащил тяжелый железный ящик с инструментами. Он бы ни в жизнь его не взял, но тетка из приемной открытым текстом сказала, что ему причитается полста баксов. Так ей Будильник велел.

Если хирург и его помощница думали, что им придется делать операцию прямо на улице, то они ошибались.

– Где пострадавший? – грубо спросил врач.

– А вот. – Будильник ткнул ему в живот ствол пистолета.

– Не понял...

– Счас поймешь... Пакуйся в тачку, живо... – Он открыл заднюю дверцу машины, где находился раненый Бес, и втолкнул туда хирурга. – А ты, киска, сюда...

Его помощнице он показал на свою машину. Девка быстро смекнула что к чему – артачиться не стала. Затравленно глядя на Будильника, она села в его «девятку». А тот все геройствовал.

– Ну чо, видали, как дела делать надо?.. Все, по коням...

Он сел на заднее сиденье рядом с пленницей. Одной рукой обнял ее за плечи, а второй захлопнул за собой дверцу.

Ржаной сел в одну тачку с Мизинцем – в его «девятке» сидели четверо. Из них один раненый, другой врач.

И снова в путь. Через полчаса машина Будильника въехала во двор двенадцатиэтажного дома на южной окраине Задворска. Глубокая ночь. Естественно, двор был безлюден. И ни одно окошко не светится.

И снова Будильник собрал всех вокруг себя.

Ржаной и Бобер взяли на себя хирурга и медсестру. Сам Будильник достал из машины большую спортивную сумку – в ней помимо прочего упакованы были четыре автомата. Леону и Мизинцу достался Бес.