Бракованная попаданка или истинная для Верховного

Почему вы решили к нему подойти?

— Простите. Шизофрения."

"— Судя по вашим словам, на ошейнике не было застежки. Но вы смогли расстегнуть его, расшатав болт, верно? Вы раньше имели дело с подобным артефактами?

— Нет. Только с антиблошиными ошейниками.

— Тогда как вы догадались, как его снять?

— Мне подсказал внутренний голос. Один из.

В первый раз на эти вопросы я отвечала серьезно.

Во второй раз тоже, хоть и с изрядной долей раздражения.

В третий я уже откровенно издевалась над местной стражей.

Ну а что? Похоже, им мои ответы все равно не нужны, а так хотя бы весело.

— Прекратите допрос.

Голос разнесся по комнате как гром и имел примерно такой же эффект.

Все, кроме меня, вздрогнули, обратив свой взор на вход в допросную, где стоял тот самый дракоша собственной персоной. Только в своей скотской ипостаси.

— Конечно, лорд Хольт. Как вам будет угодно. Хотите лично ее допросить?

— Отпустите ее.

Парни переглянулись, но послушались.

Повскакивали со своих мест. Даже стул мне отодвинули.

Еще раз посмотрев в мою сторону, Реймонд нахмурился.

— Стойте. Принесете трость.

Немая пауза, после которой последовало робкое:

— Но где ее можно найти в такое время?

— Это не мои проблемы, — отрезал Реймонд.

Стражи выскочили из допросной, а я осталась. Как и дракоша.

Он очень странно смотрел на меня. Изучающе. Как будто собирался продолжить допрос.

После нескольких минут очень неловкого и напряженного молчания он выдал:

— Я должен поблагодарить тебя.

— Обойдусь, — буркнула я.

Ну вот кто меня за язык тянул.

И почему я так не умею? Никогда не умела, что в той жизни, что в этой.

Тут мужчина из категории «масиков». Нет бы сделать губы бантиком и под дурочку скосить, так я все свою независимость отстаиваю в каждой фразе. Как будто кто-то в ней сомневается вообще.

— Я спасала не тебя, — добавила я, чтоб точно больше благодарить не смел. — Мне тоже нужно было выбраться оттуда.

— Пусть так. Но это не отменяет того факта, что ты мне помогла.

— А в награду меня посадили.

— Сожалею, что так произошло.

Я посмотрела на него удивленно. Особого сожаления на лице не было. Привычная безэмоциональная маска.

— Правда?

— Позже мне понадобятся твои показания, — сказал он вместо ответа. — Кое-что в этой истории не сходится и мне нужно выяснить что.

Ну вот и все сожаления.

— Я могу отказаться?

— Нет.

— Вот и поговорили, — вздохнула я.