Бракованная попаданка или истинная для Верховного

И даже слово «лорд» вышло не так как должно звучать — как вежливое обращение к титулованной особе, — а скорее глумливо. Вот примерно с той же интонацией, с которой в родном мире мне кричали «уважаемая». Сразу было видно, сколько там уважения.

Наверное, Реймонд тоже это понял. Потому что остановился, зыркнул на меня как на врага народа. И снова потянуло холодом, а под ногами появился туман.

В прямом смысле. По полу от этого квадробера чешуйчатого расползались сизые клубы.

Еще один вейпер на мою голову!

— А это у вас всегда так? — Указала я на туман.

— Нет.

Люблю наши беседы. Они всегда так душевны. Хотя было похоже, что ответил он автоматически, а сам о чем-то задумался.

По-хорошему стоило оставить дракошу в покое и позволить витать в своих мыслях, но у меня ведь отсутствует критическое мышление, поэтому я продолжила:

— То есть только в мою честь показательные выступления? Польщена. А это все ваши таланты?

— Нет.

Ну какой приятный диалог, я не могу.

— А, ну да, у вас еще глаза светятся.

Он остановился, как вкопанный. Конечно, из-за моего темпа ходьбы налететь на него у меня не было ни малейших шансов, но все равно неприятно.

— Что ты сказала?

— Про молнии? Я просто предположила. Нужно ведь беседу поддерживать. Вы невероятно интересный собеседник, вам говорили?

Ну вот зачем я снова так откровенно издеваюсь? У меня что, вообще инстинкт самосохранения отсутствует?

Раньше за собой подобного не замечала.

— Нет. Про глаза.

— А, вы об этом. Ну еще при первой встрече, когда я упала, а вы угрожали меня страже сдать за вашу порванную мантию, у вас глаза таким инфернальным синим цветом полыхнули. Я подумала, что вы меня сейчас на месте сожжете.

Он молчал. Очень долго. Очень напряженно.

— Ты когда-нибудь употребляла ипсум?

— Если вы мне расскажите что это, я смогу ответить на этот вопрос.

И тут он сделал то, что я ожидала от него меньше всего.

— В чем дело?

— Иди за мной, — бросил он."

"Еще и посмотрел как солдат на вошь. Снова! Ну что за несправедливость?

Так обидно стало!

А я для него наряжалась, дура. Аристократкой дореволюционных времен себя возомнила. Еще и эти дурацкие мысли, куда б их деть! То пожалеть его хочется, то поцеловать.