Жестокая свадьба

— Привет, — он бодро протянул сыну руку, и тут Настя обернулась к Данке и спросила:

— Мамочка, а почему дядя Даниял так похож на нашего Никиту? — перевела синие глаза на Дана и спросила его тоже: — Почему ты похож на Никиту, если ты дядя Нины?

Данка закусила губу и посмотрела на него с таким немым отчаянием, что он не выдержал. Качнулся вперед и сказал сиплым, прерывающимся голосом:

— Потому что я ваш папа.

— Правда? — спросил Никита.

— Да, сынок, правда.

Две пары рук обвили его шею, Дан встал на колени и сгреб обоих в охапку, зарываясь в смешавшиеся у него на груди темные волосы сына и золотистые локоны дочки.

Он прижимал их к себе так крепко, словно хотел закрыть дыру в груди, через которое взбесившееся сердце так и норовило выскочить наружу. Дети притихли, Данка вытирала мокрые щеки, а он не переставал говорить:

— Я люблю вас, всех троих люблю. Очень. Слышите? Очень.

* * *Дан сел за руль и на миг прикрыл глаза, вспоминая вчерашний день и позволяя себе ненадолго вернуться в незнакомую, непривычную, но такую теплую атмосферу маленькой семьи.

"Дети сразу его приняли, безоговорочно, а вот сама Дана старалась держаться в стороне. Вчера они долго гуляли, а затем дети захотели посмотреть, где живет папа, и он с разрешения Даны повез всех к себе.

Сын с дочкой бегали по просторным комнатам, заставляя Данияла от них прятаться, и когда он спохватился, Данки нигде не было. Дан нашел ее в спальне, она стояла у двери, прислонившись к стене, и смотрела на огромную кровать, на которой свободно могли поместиться пятеро.

Даниял проследил за ее взглядом и понимающе кивнул.

— Спрашивай, Дана. Я же вижу, что ты хочешь меня спросить.

— Хочу, — не стала она спорить, — вот только не уверена, услышу ли правду.

— Обещаю.

— Я не договорила, Даниял, — она посмотрела ему прямо в глаза, — я не знаю, нужна ли она мне. Правда.

— Тогда спросишь, когда поймешь, — не стал он спорить, хотя прекрасно понял, что она хочет знать. Спал ли он с кем-то на этой кровати или нет. Ответ был «нет», но ответы нужно давать только на вопросы, которые заданы и озвучены. Тем более, что «нет» касалось только его спальни и не отменяло номера в отеле, где у него была постоянная бронь.